Гром гремит дважды

Я же — тщедушный подросток, терзаемый жаждой и измученный бессонной ночью, — был по сравнению с ним букашкой.

— Ты подумал над своим поведением? — спросил воспитатель. Кажется, тот урод, что любил тыкать шокером.

— Да, — сказал я, помня, что решил больше не лезть на рожон.

К тому же, я разглядел, что в левой руке воспитатель держит стаканчик с водой. Крохотный жалкий стаканчик — капля против того, что мне хотелось в себя залить. Я бы, наверное, выпил ведро воды.

— Ты будешь хорошим мальчиком, так ведь?

В трёх шагах слева Тао едва ли не слизал таблетку с руки другого воспитателя и уже хлюпал водой, проливая её на пол.

— Обещаю, — буркнул я.

— Будешь пить лекарство, когда скажут, так?

— Буду.

— Молодец. — Воспитатель явно глумился. — Давай начнём прямо сейчас?

Я кивнул. Говорить не хотелось, горло ссохлось. Каждое слово будто ворочало там горы песка.

Картонный стаканчик с таблеткой приблизился ко мне. Я взял его и опрокинул себе в рот. Содрогнулся, когда эта дрянь коснулась слизистой оболочки.

— Держи.

Наконец-то вода. Я взял стаканчик и заставил себя пить медленно, небольшими глоточками, чтобы желудок правильно принял живительную влагу и выжал из неё максимум пользы.

— Открой рот.

Я открыл. Воспитатель посветил внутрь фонариком, наклонился, морщась.

— Язык подними.

Я подчинился.

— Хороший мальчик. Сразу бы так.

Закрыв рот, я выдавил виноватую улыбку. Воспитатель улыбнулся ещё шире. Однажды я засуну шокер ему прямо в задницу и буду давить на кнопку до тех пор, пока заряд аккумулятора не закончится.

***

Завтрак мы с Тао пропустили. Я попросил ещё воды, но получил только тычок в спину дубинкой.

— В цеху попьёшь, — тихо сказал стремительно приходивший в норму Тао. — Там есть раковина.

Я кивнул.

Нас вывели во двор, под рассветное небо. Ученики валили из столовой. Часть пошла в цех, часть — к воротам. Похоже, какие-то работы ведутся и снаружи. Ну, логично — берёзовые чурки ведь откуда-то берутся.

На середине двора мы влились в поток других Черепах — ребят в чёрных ифу.

— Как консерватория? — спросил парень с уже изрядно отросшими волосами, которые можно было расчёсывать. — Выучил новые песни?

Он обращался к Тао.