Гром гремит дважды

— И от уплаты налогов, — пробормотал я.

— Что?

— Ничего. Чем, говоришь, они занимаются?

— Тренируются с учителем Вейжем. Выступают на турнирах, защищают честь школы. Они первыми ходят в душ, и в столовой для них — самая лучшая еда.

Это я уже заметил. У борцов в мисках были куски мяса, а у меня — только рис и овощи. Которые, к тому же, упорно просятся наружу.

— Борцы сами выбирают себе соседей по комнате, — вдохновлённо продолжал Тао. — И комнаты у них больше. А ещё есть общая комната, где они сидят и играют в маджонг после отбоя.

— И кого ты себе наметил? — спросил я, двинувшись дальше. Решил обследовать помещение до конца.

Угол, ещё одна решётка — но соседняя камера, судя по всему, пуста. Сколько их тут, интересно?

— Н-никого, — смутился Тао. — Я просто так говорю.

— Ясно.

Почему-то вспомнилась Ниу. Пожалуй, из всех виденных здесь девчонок, она была самой красивой — по крайней мере, на мой вкус. И каково ей жить здесь — где любой борец может взять её, не спрашивая согласия? Впрочем, чёрт их, китаянок, разберёт.

— А ещё борцов возят в город, — добавил Тао.

Он явно изливал мне душу, делился мечтой. А мне не нужна была его мечта, я хотел только информацию.

— А что бывает, когда у счастливицы округляется живот? — спросил я.

Тао, похоже, не сразу понял, что я имею в виду. Я уже испугался, не придётся ли читать ему лекцию о последствиях половых сношений, но тут до него дошло.

— Такого не бывает! Из-за наших таблеток.

Мог бы и сам догадаться.

В углу я наконец споткнулся об то, что искал. Металлическое ведро брякнуло. Я опустился на пол, поставил ведро между ног и, склонившись над ним, засунул два пальца в рот.

— Тебя тоже уже ломает? — удивился Тао, вежливо переждав, пока меня выворачивало. — Не успел принять таблетку? Кстати, за что тебя вообще?

— Не хотел принимать таблетку, — сиплым голосом ответил я.

Не сказать, чтобы резко полегчало, но, по крайней мере, теперь я чувствовал, что эта дрянь меня больше не отравляет.

— Они тебя заставили выпить, да? Воспитатели?

— Угу.

— А почему тебя выворачивает? Заболел?

— Я не переношу наркотики, — сказал я, сам с удивлением слушая свои слова. — Они на меня не действуют. Вернее, действуют, но — вот так. Боль. Тошнота. Жар, озноб — всё, что угодно, кроме того, что положено.

— Странно, — недоумевал Тао.