Скотина

Или вскроешь вены осколками бутылки, которую тебе запихнут в задницу. Ну как, заинтересовал, Боря, время выходит? Мы договорились?

С языка, которого нет, чуть не сорвалось «Да».

— В твоих словах нестыковки. Ты говорил, мое тело лишено магии. Как я смогу себя исцелить, когда вернусь?

Голос продолжил с едва заметным нетерпением:

— Приятно общаться с цепким человеком, Боря, жаль времени не осталось. Тебе пора мысленно сказать — «Да», или мне придется перейти к беседе со следующим кандидатом.

За мгновение прокрутил в мыслях весь разговор.

Эх, есть за что зацепиться, чтобы на чистую воду, но не стоит это делать, когда яйца в тисочках. Только глупая собака лает на руку, сжимающую поводок.

— Да, Современник, поехали, — мысленно проговорил я.

Финальные слова прозвучали с заметной спешкой.

— Последнее наставление, Боря, по счету, но не по значимости. Магия достаточно распространена в нашем мире, маги весьма уважаемы и очень опасны. Обмены и подселение в чужое тело не уникальны. Это случается не часто, запрещено под страхом смерти, но явление изучено вдоль и поперек.

Если тебя раскроют, Боря, я убью тебя раньше, чем к тебе приблизится имперский инквизор. Больше думай, Боря, амнезия точно не прокатит.

Голос исчез. Перед внутренним взором закрутилась пара открытых ладоней, белая спираль, превратившаяся в змею, кусающую себя за хвост. Блестящая чешуя полилась в жадную пасть, кольцо начало сжиматься, превращаясь в ослепительную точку. Расплывающимся сознанием спрятал поглубже последние ядовитые мысли, — «Нет у тебя другого кандидата, да и согласие тебе мое с самого начала даром не нужно».

И еще, Современник, я никогда не играл по чужим правилам.

Явление 2.

Что ты несешь в душе боль или страх? — Волю Вечного ученика!

(Палма. Загородное поместье рода Скотининых.Финал свадьбы младшего сына барона. В полутемном зале остатки перепившихся гостей, слуги деловито убирают тазы с объедками. Оживление только у стола жениха с невестой)

Возвращаться чувства не торопились. Сначала появился слух, просто включился, как телевизор от щелчка пульта.

Уши разорвал отчаянный женский визг:

— Измена. Отравлен, наследник отравлен. Руби всех.

Незнакомый голос, но визгливый и противный. Накрыло хлопками, грохотом перевернутой мебели, звоном железа и пронзительными криками. Над головой затопали и заголосили.

Тело, я его чувствую, оно есть, но лучше бы не было. Сил нет не только пошевелить конечностями, не могу даже приподнять веки, будто залитые тяжелым металлом.