Восхождение язычника 2

— Она благодарит за предложение, но отказывается от такой чести, — под конец перевода Димитр даже хихикнул.

— О, моя пятая жена тоже отказывалась сначала, — я покивал, — потом я убил её отца, потом мать, потом старшего брата, а любимую её козу убивать не стал, она согласилась. Да и я люблю молоко. Твоя сестра, конечно, худая, я боюсь, она не сможет выносить мне здорового ребенка.

— Ты же шутишь? — Димитр вопросительно на меня взглянул. А я еле заметно кивнул ему.

И Димитр вновь взялся за перевод.

— Да как он смеет, грязное животное, мне такое предлагать, — возмущение так и перло из девицы вместе со злостью.

И она попыталась дать мне пощечину. Аккуратно перехватив ее руку, я вновь с вожделением прошелся по ее фигуре. Не забыв при этом воспользоваться своим даром жизни, и получить нужную мне информацию.

— Отпусти меня, дикарь, грязное животное, — Ирина пыталась вырваться из моей хватки. Куда там, этому домашнему цветочку против варвара.

С усмешкой я отпустил.

А Димитр начал ей что-то выговаривать.

— Скажи ей, что у нас есть традиция, если женщина подняла руку на мужчину, она готова с ним провести ночь любви, твоя сестра готова провести со мной эту ночь?

Он изумленно на меня уставился, возможно, моя шутка зашла слишком далеко?

Пофиг, вальсируем.

— Τι είναι αυτό грязный дикарь сказал? — вопросительно уставилась на брата Ирина.

И Димитр медленно начал переводить.

Ирина разразилась какой-то бранью, подхватила Римму и удалилась в сторону дома.

А я же задумался, это был вовсе не греческий.

— Это была жестокая шутка, Яромир, — и он горестно вздохнул и не стал переводить последние слова Ирины.

— Знаешь, назвать гостя тупым и грязным дикарем — это большое оскорбление, — я серьезно смотрел ему в глаза.

— Прошу простить мою сестру, за эти слова, — он переминался с ноги на ногу и чувствовал себя крайне неудобно. Я лишь кивнул на его слова.

— Ты говоришь на нашем языке? — поинтересовался Димитр.

— Скорее понимаю немного, но пока не говорю, да и когда я поднес подарок твоей сестре Римме, я говорил по-вашему.

Димитр немного смутился и отвел взгляд. А после заговорил:

— Я подумал, что ты просто выучил одно слово, чтобы сделать нам приятно, вот и все.

Из дверей дома выбежал мальчишка и прокричал, что обед готов и нас ждут.

И мы с Димитром направились в дом, внутри все было отделано мрамором.

Стояли лавки и кресла, обшитые парчой. Мда, богато живет Никита, не бедствует.