Кровь и лёд. Курсант поневоле

Пока девушки делали заказ у барной стойки, я занял место за свободным столиком, чтобы ни в чью дурную голову не пришла идея забронировать его первым и посмотреть на представление.

Выслушав несколько не очень приятных слов от мужиков, сидящих за соседним столом, я повернул голову в их сторону, нашёл самого говорливого и представил, как забиваю этого идиота кулаками. Почувствовавшие что-то выпивохи вдруг поперхнулись и замолчали, хоть потом и сами не могли понять, почему решили, что парнишка может быть опасен.

В этот момент с подносами в руках вернулись мои соседки, позволяя уже мне сходить за заказом и непринуждённо наступить на несколько ног, которые пытались выставить подножки.

«Дилетанты» – подумал я, читая меню и делал заказ.

Вернувшись назад, с двумя подносами в руках обнаружил на своём месте развалившееся тело, которое пыталось форсить перед девушками, но получило справедливую и достаточно обидную отповедь от бойкой на язык Оксаны, вызвавшую смех среди отдыхающих.

Разозлившийся парень на несколько лет старше Гордея и выше его примерно на голову, вскочил с места, посмотрел на меня со злостью и попытался выбить один из подносов, что ему, впрочем, не удалось.

– Тебе конец! – глухо прорычал он – Конец! Понял?

Не обращая на слова внимание, я поставил подносы на стол, а затем спросил.

– У тебя всё? В таком случае можешь быть свободен.

Парень уже собирался броситься на меня, но достаточно громкий голос работницы вагона его остановил.

– Драки здесь запрещены! А если кто-то решит почесать кулаки, то ему не только придётся возмещать стоимость еды и выпивки, купленной с карты егеря, но и иметь беседу с командиром бронепоезда, егерем четвёртого класса Анисимовым Иваном Владимировичем. Я всё понятно излагаю?

Парень посмотрел на неё зло, потом перевёл взгляд на меня и, перед тем как удалиться, прохрипел.

– Ходи и оглядывайся!

– Спасибо – поблагодарил я воинственно настроенную работницу, которая враз утихомирила большую часть присутствующих и заняв своё место, поаплодировал брюнетке.

– А ты ещё меня называла мастером чесать языком. Лихо. Думал, что придётся драться, пытаясь выковырять его из-за стола.

– Зачем ты их провоцируешь? – тихо спросила Вика, заметив, какой шквал негодования вызвали мои слова на соседних столиках.

Всё же, несмотря на непроницаемое лицо, ей явно было здесь неуютно.