Шут

Как она сказала, если бы ей действительно хотелось убить меня, этот кинжал уже торчал бы у меня между лопаток.

Лезвие задержалось у ее горла еще на несколько секунд, а затем исчезло. Брайн так сжал запястье Тэмпест, что она едва сдержалась, чтобы не охнуть.

– Следи за своими манерами, дворняжка, – прошептал он ей на ухо, прежде чем отпустить одним быстрым движением.

Забавно, что именно он назвал ее дворняжкой. Тэмпест проглотила возражение, вертевшееся на языке, и вместо этого сосредоточилась на том, чтобы вернуть своему искалеченному запястью чувствительность.

Чертов болван. К утру на запястье наверняка появится синяк.

Не проявляй слабости.

Тэмпест затолкала боль поглубже и выпрямилась, чтобы как следует посмотреть Пайру в лицо, но он все еще суетился над своим нарядом, как чертова придворная дама. Она даже не пыталась скрыть отвращения.

– Не смотри на меня так. Я потратил слишком много денег на эту одежду, чтобы какой-то кинжал повредил швы, – пробормотал Пайр, критически осматривая плечо на предмет несуществующих торчащих нитей.

И он, и Тэмпест прекрасно знали, что кинжал его не задел. – Мне нужно выглядеть идеально.

Для кого? На дворе ночь. Она покачала головой. Тэмпе не хотелось знать, кого он развлекал так поздно или почему наряд имел такое большое значение.

– Почему я здесь, Пайр? – спросила она, и нетерпение сквозило в каждом слове.

Шут закончил осмотр и потянулся за кинжалом, вытаскивая его из зеркала. Несколько осколков упало на пол.

Он двинулся в ее направлении, халат слегка распахнулся, обнажив кусочек его блестящей груди. Он остановился перед ней и протянул кинжал рукоятью вперед. Тэмпест медленным движением приняла его.

Пайр склонился в насмешливом поклоне.

– Вы положили его не на то место, миледи.

– Пайр…

– Расслабься, – вздохнул он. – Можем же мы позволить себе обмен любезностями, прежде чем перейдем к делу?

– Нет, только не в нашем случае.

Каждое мгновение, проведенное в его присутствии, будило в ней чувства, вызывающие только недоумение.

Он склонил голову набок. Лисьи уши подергивались, словно прислушиваясь к изменениям в частоте сердечных сокращений Тэмпест. Совершенно случайно она подумала об их бурном споре в домике и о том, как его пальцы скользнули вверх по ее икрам. Она моргнула. Почему, черт возьми, эти мысли лезли в голову?

Ошибка. Момент слабости. Она безучастно уставилась на его грудь. Для них обоих.