Наследник империи

Зато по залу то и дело пробегали молоденькие симпатичные официантки, разнося подносы с небольшими стаканами, чуть больше рюмки, заполненными разноцветными напитками.

Вскоре одна такая красотка подошла и к нам.

– Прошу, ваш заказ, – улыбнулась она, выставив на стол пару рюмок и бутылку с тягучим напитком золотистого цвета.

– Побывать в Вильнюсе и не попробовать их настоек и бальзамов, это просто непростительное упущение, – важным тоном произнёс Ярослав и, разлив напиток, поднял рюмку: – Что ж, за наше путешествие!

– За путешествие! – поддержал я и тут же сделал глоток.

Напиток оказался очень крепким, градусов семьдесят, не меньше. У меня в тот же миг всё горло прожгло. Вообще, я никогда не любил креплёные напитки, предпочитая им обычное пиво. Но этот мне понравился. Он отдавал мёдом и ягодами и, несмотря на крепость, пился довольно легко, оставляя после себя приятное послевкусие.

В итоге, мы довольно быстро приговорили первую бутылку, после чего Ярослав сразу заказал ещё одну.

Приняв заказ, девушка кивнула и через несколько минут принесла новую бутылку, а вместе с ней две тарелки с чем-то наподобие котлет в сметане.

– Ваши цеппелины и Суктинис. Приятного аппетита, – пожелала она и тут же удалилась.

Как я чуть позже понял, цеппелины – местное очень сытное блюдо, включающее в себя сразу мясо и гарнир. По факту оно представляло собой ароматные картофельные котлеты с сочной мясной начинкой под сметанным соусом с хрустящими шкварками и луком. Просто идеальное блюдо, особенно в сочетании с местным алкоголем.

Он назывался Суктинис, и был явно слабее первого, но не менее вкусный, и так же оставлял после себя горьковатый медовый привкус. Однако пили мы его намного медленнее, не желая сразу опьянеть, и так уже первый выпитый бальзам по голове дал.

Правда, в отличие от коктейля, что я намешал на своё совершеннолетие, после обоих этих напитков я ещё мог себя контролировать и держал язык за зубами. Чего не скажешь про Ярослава. Тот умудрился захмелеть, едва мы откупорили вторую бутылку, и теперь нёс всякую несвязную чушь:

– Эх, жалко сейчас здесь нет какой-нибудь красотки, – заплетающимся языком посетовал он.

Произнеся это, он громко захихикал.