Пожарский-3

Болеслав приложил к плитке руку, и измеритель выдал мне примерно ожидаемый мной результат: манопроводимость каналов – пятьсот двадцать четыре, ёмкость внутреннего накопителя – четыреста семьдесят восемь, и запас маны, отличающийся в меньшую от ёмкости сторону на пару единиц. По нынешним, опять же, временам – очень даже неплохо! Крепкий магистр.

– Теперь я.

Мне измеритель показал в той же последовательности шестьсот сорок девять – пятьсот шестьдесят семь – пятьсот тринадцать (с лисой возился да порталы открывал, не успел полностью восстановить запас).

Болеслав с полминуты неподвижно смотрел на цифры, покуда они не погасли. Сморгнул.

– Дмитрий Михайлович, как вам удалось достичь таких результатов?

Я слегка усмехнулся:

– Если я скажу, что делаю триста отжиманий, триста приседаний и бегаю десять километров каждый день, вы же мне не поверите?

– Я прошу вас, это очень серьёзно.

– А если серьёзно, то вряд ли вы столь безумны, чтобы пойти на подобный опыт.

– И тем не менее?

– Хорошо. Но вы должны поклясться чем-то очень для вас важным, что не раскроете моей тайны.

Он помолчал.

– Я клянусь здоровьем моих детей.

Да, это серьёзно.

– Я могу подсказать вам два пути. Первый опасен, второй противен. В обоих случаях нужен помощник. В первом варианте вам потребуется любовница, способная вытягивать из вас магическую энергию в неограниченных количествах. Поскольку наши запасы всё-таки конечны, вам потребуется манонакопитель, чем мощнее, тем лучше. Максимальная мощность позволяет прокачивать манопроводящие каналы на пятнадцать-двадцать единиц за сеанс.

Некоторое время мы смотрели друг на друга.

– Простите, вы... пользовались Источником? – решился уточнить Болеслав.

Я слегка пожал плечами.

– Но это ведь может вызвать необратимую закупорку манопроводящих каналов?

– И скорее всего вызовет. Но я узнал, что могу иметь родовую устойчивость к этому воздействию. И рискнул.

– Поразительно... второй?

– Прост и противен. Покупаете в аптеке около Академии эликсир. Готовят его только по заказу, ценник высокий, но не критически.

Ставят укол в вену, после которого вас сутки чудовищно тошнит и мутит (впрочем, может быть, это тоже моя индивидуальная реакция). Кстати, Аристина скучает – спросите её, быть может, она изготовит нам необходимый состав. В первые десять часов после укола нужно давать максимально возможную нагрузку, на пределе, вот прямо до потери сознания от истощения. Тогда будет рост.

– Так вот каким образом вы набрали необходимые поначалу значения?

– Да.