Княжич Соколов. Том 1

И сработавшая система пожаротушения делала только хуже, превращая пыльные хлопья в вязкую глину.

— Твоя сдохнуть! — злобно выкрикнул не вовремя появившийся враг и я вслепую «выгнал» его из кухни сплошным потоком ветра.

Ростом метра в полтора худощавый азиат со свистом улетел дальше по коридору, дав мне время промыть, наконец, глаза и увидеть его вернувшуюся обозленную рожу.

— А ты упорный, — вздохнул я и повторил прошлый трюк, но на этот раз он не сработал.

Сообразительный коротышка расставил вокруг себя десяток водяных лезвий, которые на подходе разрезали мой сплошной поток воздуха на безобидные маленькие ветерки.

— Твоя не сопротивляться и сдохнуть без боли, — великодушно констатировал азиат и медленно пошел на меня, ощетинившись своими лезвиями словно дикобраз.

Пробивать такое в лоб мне просто нечем. К тому же защитный покров у водника держится весьма крепко и точно также как и у кабанчика усилен вокруг шеи.

Все-таки не случайность.

— Не доросла твоя еще угрожать Ловцу, — повел я рукой и ветровые потоки устремились под тянущийся из самого коридора красный ковер.

И когда уже уверившийся в своей победе азиат ступил на обожженный край, я резким порывом ветра потянул ковер на себя и, не ожидавший подвоха снизу, водник упал на спину.

Воспользовавшись моментом, я подскочил к пожарному щиту за спиной и выхватил оттуда топор. Метнуть его точно в цель и усилить вращение воздушными потоками заняло у меня две секунды.

На короткий миг, потеряв меня из виду, азиат перестраховался и разумно еще больше усилил защиту шеи, только вот топор летел совсем не туда.

Лишь в последний момент, водник осознал истинную траекторию вращающегося словно лопасть вертолета топора и его глазенки в ужасе округлились.

Может, умом он и понимал, что его покров должен выдержать, но на одно мгновение страх стать евнухом взял верх и азиат перебросил усиление с шеи.

Мне же вполне хватило этой секундной слабости и на одну свернутую шею в доме стало больше.

— Да сколько можно, — вздохнул я, когда капли из работающей вокруг системы тушения начали превращаться в ледяные иглы.

Оттолкнувшись от стены, я вылетел в коридор за секунду до того, как иглы превратили все что осталось внутри кухни в решето.

Последний оставшийся в доме боец вместо того, чтобы ломиться в подвал к своей главной цели, решил закончить начатое своими дружками. Жажда мести в нем взыграла или просто тупой и не учится на ошибках других, не знаю.

Знаю только что мой эфир был на исходе.