Княжич Соколов. Том 1

Все произошло так быстро, что уже успевшая проститься с жизнью дочь императора впала в ступор, судорожно мечась взглядом от меня к трупу Юрия Ноготкова и обратно.

— Но вы ведь... что... как? — никак не могла подобрать слова произошедшему Елецкая, все еще не до конца осознавая, что осталась жива.

— Как я это сделал сейчас не так важно, ваше высочество, — вежливо заметил я, — снаружи еще девять одаренных, и, в отличие от вашего друга, никаких особых чувств они к вам не питают. Это элитные профессиональные убийцы, которые куда сильнее тех, от которых я спас вас несколько часов назад.

— П... п... понимаю, — предательски дрожащим голосом ответила Елецкая, — за что Юра так? Что я сделала?

— Боюсь, выяснять мотивы заговорщиков не входит в мою работу, — пожал я плечами.

— А спасать меня входит? — постепенно начала приходить в себя Елизавета Елецкая.

— Разумеется, ваше императорское высочество, — спокойно ответил я, — как верный княжич российской империи я никак не мог позволить пострадать своей цесаревне.

— Спасибо, Артемий Сергеевич, — смущенно опустив глаза выдавила из себя девушка.

— Никаких претензий? — на всякий случай уточнил я.

— Никаких, — охотно подтвердила Елизавета Елецкая, — мой отец щедро вознаградит вас за вашу отвагу и героизм, Артемий Сергеевич.

— Вот и славно, — улыбнулся я, — ну, раз с этим разобрались, с вашего позволения, я пойду наверх и закончу работу по вашему спасению.

С этими словами я распахнул массивную железную дверь и прислушался к происходящему по периметру вокруг.

— Постойте! — растерянно спохватилась девушка, — вы меня не отстегнете?

— Увы, Елизавета Михайловна, — развел я руками, — наверху для вас слишком опасно.

— Я останусь тут и никуда не уйду! — пообещала Елизавета Елецкая, но звучал ее голос не очень уверенно.

Я окинул окружающую обстановку взглядом. Серые стены, кровь, свежие следы пыток, стул в котором девушка едва не умерла и труп Ноготкова с вывернутой шеей.

— Я не могу так рисковать, ваше высочество. Не извольте беспокоиться, за вами непременно вернутся, — максимально успокаивающим тоном проговорил я.

— Вы не посмеете бросить меня среди этой мерзости! — вновь проиграла внутренней борьбе со страхом Елизавета Елецкая и опять перешла на командный голос.

Как будто в подобных ситуациях может помочь статус.

Это так по-детски наивно.