Звездюля: рождённый разгибать

Однако теперь меня всячески пытались «разговорить».

– Звездюлечка, солнышко, скажи: «мама»! – зудела Таля.

– Нет, скажи: «супер-тётя Чари»! – Пыталась вмешаться в разговор вторая взрослая особа.

– Мама, сюпель-тьётья Али, – смиренно отвечал я.

– Дя-будя! – поддакивала обеим поначалу Кварц, но в какой-то момент спасла меня от внимания. – Ма-ма!

На несколько дней от меня отстали.

Младшую признали ещё одним гением и пробовали увеличить её словарный запас по моему примеру, но пока лексикон малютки ограничивался одним словом.

Я же размышлял: скрывать себя или нет?

Безопасней будет, конечно, не распространяться о своём перерождении, но быть ребёнком утомительно: лежи, слушайся и слушай… мрак.

Радовало только постепенное развитие объёма запаса волшебства, а также рост скорости его восполнения, но бесконечно этим заниматься сложно, да и некоторые вещи достаточно болезненны. Если окружающие не будут в курсе происходящего, могут принять меня за труп. А это не очень приятно, если закопают.

– Звёздочка моя, скажи: «ма-ма», – отловив меня из манежа, произнесла Таля.

– Ма-ма, я – не-бё, мяг! (Мама, я – небо, маг!) – попробовал объяснить я.

– Да-да, сыночек, набегался, так ляг.

Эх, ладно.

– Тальяна, я – мя-аг. Дюк… эх-фу… дю-укх! Есть! (Тальяна, я – маг. Дух… *разочарованное дыхание*… жух! *Восторженный возглас*!)

– Сыночек, я не понимаю, что ты хочешь сказать? Откуда ты узнал моё полное имя? Это Чари тебе рассказала? Вот же мелкая стерва! – услышала что-то своё мать моего тела и собралась бить подозреваемую метлой.

Я схватил её палец, как только он мне подвернулся:

– Я. Си-и-ын! Твой. Но дукх не-мо-ло-дой! – проговорил я очень медленно. Твёрдые звуки и многие согласные у меня получались с огромным напряжением или вообще не произносились так, как я их задумывал. «Х» без «к» получался только при разочаровании, а специально вообще не шёл из моего рта.

Между тем метла упала на пол.

– Ну, такое ожидаемо от графа. Кушать хочешь? – пожала плечами женщина и достала грудь.

– Дя, – не стал отказываться я.

– Чари не говори. Хе-хе, ты у меня гений, Звёздочка!

– Да, ма-ма, я та-кой.

Глава 8

О моей природе знала только Таля. Конечно, только то, что я помнил прошлую жизнь из далёкой древности. Большего она не уточняла.

Мне же, не скрою, было приятно временами почувствовать себя ребёнком. Да и тело само собой к этому влекло. Веселье, сон, интерес ко всему происходящему.