Звездюля: рождённый разгибать

Неприятно, но плоть могла влиять на разум, вводя его в заблуждение и даже истерику.

Джель просто неуклюжая.

– Нья-нье? – произнёс я. – Нь-е-нье-не! Нет, – всё-таки выдавил из себя я. – Тяп-ляп…тёп-ло!

Бритоголовая угроза остановилась.

– Звездюля, ты меня понимаешь? Ты говоришь?

Угроза стала ко мне приближаться, но на руке-то была куча огненной энергии.

– Нет! Тепло! – снова использовал я уже отрепетированные слова и попробовал пусть не сбежать, но увернуться от угрозы.

– Да не буду я греть, успокой… ой, Ой-ёй-ёй! рукав загорелся.

Единственное, как мог помочь, это побрызгать в её сторону водой, но она продолжала размахивать дымящейся одеждой, а не совать её в ванну.

– В вьё-дю, дю-ля! (В воду, дура!) – не сдержался я, но был не понят. – Вёду. Вёду!

– А-а-а-а-а, не затухает, а-а-а! – не слышала меня бритоголовая угроза чужому перерождённому тельцу.

Я не способен пока применить магию.

Но я успел получить и способы развития тела, пусть они дали мне прогресс всего на несколько месяцев выше нормы.

*Бам-с!*

Ковшик влетел прямо в темечко наклонённой в странном танце головы Джель. Пляска кончилась хорошо, мелкое тело опало на бортик руками в сторону воды, дальше я подполз и кое-как забрызгал рукав. Кожа, как и полагалось для огненного мага, при этом у неё не пострадала, но снова покраснела.

Контроль у девчонки паршивый, да и характер взбалмошный.

Но, наверно, выкупать её у Ордена надо ближе к крайнему сроку. Пусть дороже, но выживание важнее. Моё выживание, конечно.

Пока я ждал спасения и прихода хоть кого-то из взрослых, расслабился и начал плавать на спине. В принципе, на столь малой глубине было бы сложно утонуть, но младенцы в этом деле, к сожалению, талантливы. Так думал не только я, так что Кали вернулась достаточно быстро.

– О, Альфия, что здесь произошло? – всплеснула руками служанка.

Я же мысленно гадал: можно ли записать на мой счёт победу над магом третьей ступени, или она больше сама справилась?

Через два дня гости из Ордена уехали, мы остались вчетвером, если не считать обитателя могилы и истуканов.

Когда я оставался один, продолжал упражняться в речи, но далеко не все звуки удавалось произнести. А ведь мне через несколько месяцев уже год! Так что ничего странного в моём поведении не увидели, благо причины своего падения Джель не знала.