Звездюля: рождённый разгибать

Следующей ночью я немного порылся в «мозгах» №10, то есть Лапули.

Алгоритм был не таким уж примитивным, но он содержал ряд различных ремесленных технологий, послушание хозяину и прочий бред.

Места свободного при этом было раз в сто больше.

Местное магическое письмо я узнал только благодаря кусочку языковых знаний, полученному от лысой девчонки, но большинство рун мне были знакомы и без этого.

Впрочем, я успел скопировать и сопоставить его с остальными тремя местными жителями. Дополнительно получил только пару языков, да и то без письменности и весьма с куцым словарным запасом.

Похоже, хозяин фамильяра был очень щепетильным. Алгоритмы работы для истуканов он создал с тройным дублированием и самокопированием при утрате, главная часть, которую он выделял была простой: никакого боевого режима, не сражаться, слушаться хозяина.

И в этом плане всё понятно. Истуканы изначально – големы. То есть боевые создания из камня.

Достаточно примитивную версию помню и я сам. В моей памяти было, что достаточно подготовленный маг мог создать версию на одну, две или даже три ступени сильнее себя.

Три, правда, можно было поднять только при жертвовании своей жизни, а максимум был пятой ступенью, но это всё равно очень серьёзно. С таким чудищем можно стереть неподготовленный к обороне город или даже небольшое государство.

Так что обитатель могилки был мне достаточно интересен.

Текущее тело по фактической силе я мог сравнить максимум с первой ступенью. Точно не знаю нынешнего деления, но раньше её разделяли на три уровня: восход, зенит и закат.

Так вот мой истукан позволял мне быть только на восходе. Душа же была восьмой ступени, вот только шугать безнаказанно я могу только кого-то с ментальной стихией.

Точно не знаю, чем я занимался при жизни, но по сводке я старался достигнуть «святой сущности бытия», то есть укреплял душу культивацией, добрыми делами и просвещением.

А вот после смерти я мстил и карал, но жертвоприношений для укрепления души всё равно не совершал, иначе мог бы материализоваться.

Сейчас же мне требовалось тело.

Я потихоньку продолжал накапливать энергию благодаря сфере, но эффективность этого дела была, конечно, так себе. Даже слабый маг способен делать это быстрее и эффективнее, попутно ещё и становясь сильнее.

Однако я не спешил менять оболочку.

Ведь захват взрослого тела всё-таки был не только некоторым риском проиграть душе, что было маловероятно, но ещё и потенциальным взрывом культивируемого волшебства с сопутствующей смертью организма.