Сила рода. Том 5

Фил первым сообразил, что ничего рассказывать сейчас я не буду, чтобы не травить душу остальным, и с удовольствием начал пересказывать накопившиеся новости.

— Мы тоже время зря не теряли, — Фил победно взмахнул вилкой и в своей привычной манере затараторил. — Мирон теперь каждый вечер вместо тренажёрного зала пропадает в мастерской. Они с Тарасом Ивановичем уже третий протез делают.

— Да, — важно подтвердил кузнец. — Протезирование, оказывается, увлекательная вещь! Настоящее искусство! Да и про человеческое тело очень многое узнал.

Оказывается, достаточно повредить сухожилия или подрезать мышцы, и противник не сможет поднять меч!

— Поди и фехтовать лучше стал? — уточнил я.

— Эффективней, — поправил меня Мирон. — Со мной сейчас только Толстой на равных может биться!

— Молодец, Мирон, — я с уважением кивнул, — красавчик. А по остальным предметам как?

— Грамота с трудом даётся, — тут же смутился здоровяк. — И история с магией. Зачем они мне – никак в толк не возьму.

— Ну вот смотри, — поморщился я, судорожно соображая, как бы замотивировать нашего кузнеца на учёбу, — придётся тебе донесение на имя князя писать, а ты ошибки наляпаешь, да ещё и с кляксами.

Какое о тебе сложится впечатление? Дело всегда приятнее иметь с образованным человеком... м-м-м, высокой культуры!

— Ну, с грамотой, положим, понятно, — прогудел Мирон. — Полезная вещь, признаю. А история с магией?

— С магией всё просто, — улыбнулся, пододвигая к себе второе. — Ты протезы можешь или механические делать или механико-магические.

В первом случае максимум – это встроенная пистоль или клинок, а во втором – ты ограничен лишь своей фантазией.

— Так это не магия, а руны, — нахмурился здоровяк.

— Значит, осваивай руны, — терпеливо ответил я. — Первые два года нам дают базовую магию, основы основ. А тебе жизненно необходимо их знать. А то захочешь сделать какую-нибудь Огненную длань, но руну не ту выгравируешь, и протез при активации сгорит к ксуровой бабушке.

— Тарас Иванович так же говорит, — вздохнул наш кузнец.

— Тогда что ты мне голову морочишь-то? — рассердился я. — Не хочешь слушать своего наставника – твоё дело! Будешь не Мастером, а одним из тысяч посредственностей!

— Да понял я, понял, — Мирон пристыженно замолчал, но на эмоциональном плане я отлично видел оставшееся непонимание, зачем изучать историю.

— Что касается истории, — я нахмурился, вспоминая название Мастерской, которая изготавливает искусные протезы с сюрпризами.