Чехов. Книга 2. Дело Васильевской лавки

Софья Яковлевна кивнула, обернулась ко мне и строго произнесла:

— Павел Филиппович, потрудитесь записать своего слугу в школу обучения манерам.

Фома испуганно встрепенулся и спрятал руки за спиной.

— Будет сделано, Софья Яковлевна, — бодро отрапортовал я, и бабушка довольно произнесла:

— Ну, добро пожаловать в семью Чеховых, Фома Питерский. Не подведи своего хозяина. От тебя зависит, что о нем будут говорить.

— Не подведу, — тихо произнес парень и насупился.

— Ну, вот и хорошо, — довольно подытожила Чехова и передала ему ключи от машины.

Парень взял брелок. Неуверенно тряхнул связку.

— Надеюсь, не разобьете, — закатила глаза Чехова.

— Можете не сомневаться, — тут же заверил ее Фома, и Софья Яковлевна улыбнулась, великодушно сообщая:

— Позволяю выгнать машину из гаража.

Фома нажал на кнопку брелока, и «Империал» дважды мигнул фарами. Слуга прошел к машине. Погладил ее по крыше, открыл дверь, сел на водительское сиденье, завел двигатель, который тотчас заглох.

— Не торопись, — внезапно по-доброму усмехнулась Софья Яковлевна. — Я верю, что ты справишься. А снаружи мой водитель даст тебе советы по уходу за этой лошадкой.

Машина плавно тронулась с места, выезжая из гаража.

— И правда, неплохо водит, — довольно заключила бабушка. — А значит, я могу быть спокойна, что вы не разобьете коллекционную машину. И я очень надеюсь, что твой слуга знает, сколько стоит этот экземпляр.

— Зачем ему лишний повод для волнения? — ответил я. — Ты и так напугала его своим допросом.

Софья Яковлевна покачала головой.

— Вряд ли. Я работала жандармом-дознавателем, если ты помнишь. И чую, когда люди волнуются. Этот парень — кремень. И будет верен семье. Иначе сразу же после беседы он отправился бы прочь, сняв пиджак с гербом Чеховых. Но в школу хороших манер ты его все же запиши, — посоветовала она. — Говорит он нескладно, но видно, что обучаем.

— Мне нравится его простота.

— В доме пусть говорит, как хочется, но на людях это может быть неловко, — терпеливо пояснила бабушка. — Ты и сам это знаешь.

— Спасибо за понимание. — Я тронул княгиню за плечо, и она тепло мне улыбнулась.

— Теперь давай вернемся в гостиную. Здесь холодно, это ломит мои старые кости.

— Ты еще не старая, — привычно ответил я, подал бабушке руку.

Та положила ладонь на мой локоть, и мы последовали в дом.