Кровь Василиска. Книга IV

Поэтому в преподавателях для его сыновей недостатка не было. Проблема заключалась в том, что помимо боевых навыков, юные Вейлр и Отис впитывали привычки и отношение к жизни этих хладнокровных и циничных людей, часто безжалостных убийц.

Вейлр первый раз убил в шестнадцать лет. Отис “превзошел его рекорд”, убив первого человека в пятнадцать. И если Вейлр сделал это более-менее “законно”, наказав обидчика старше себя, то Отис, чтобы превзойти брата, убил служанку. Просто потому, что хотел быть первым.

Тогда он первый раз увидел отца в настоящей ярости. Однако дело “замяли”, а отцовская любовь никуда не делась. К тому же Отис преобразился и стал примерным сыном. В действительности он больше не допускал, чтобы отец узнал об их “шалостях”. Было ли это обманом? Конечно же, нет! Отец же не спрашивал напрямую: убивают ли они кого-то ради развлечения!

Их путь был предопределен. Молодые, злые и богатые. Сильные и абсолютно бесстрашные. У них не было конкурентов, их уважали и боялись во всем городе.

У них была прекрасная жизнь: самые красивые женщины, много денег и выпивки. Они с братом любили друг друга. И всему этому пришёл конец в тот день, когда в городе появился барон Люк Кастельмор.

Удача отвернулась от могучего Вейлра Де’Монсари. Чёртова удача позволила победить дилетанту и неумехе! Отис был в ярости и хотел немедленно покарать убийцу брата, но отец… Отец, кажется, “сломался”.

Он запретил Отису дуэли. Чтобы не расстраивать старика, Отис действительно сделал перерыв, но когда в городе снова появился Люк Кастельмор, он не смог удержаться.

Уверен ли был Отис Де’Монсари в своих силах? Да, на все сто процентов! Его любимому брату просто не повезло. Но с ним, Отисом, такого не случится. В спаррингах с братом он побеждал три раза из пяти, и по праву считал себя лучшим фехтовальщиком Тузулы.

Отец же, прознав про вызов Отиса, категорически запретил ему участвовать. Причем он как раз боялся того, чего так неистово желал сам Отис: что Кастельмор решит отомстить за смерть друга.

Отис успокоил его, сказав, что дуэли не будет, и заверил, что поутру уедет к друзьям в загородное имение. Старик поверил. И сейчас Отис на ристалище готовится к бою.

Победителей не судят.