Я уже граф. Книга VII

День был крайне насыщен, и меня уже начинало клонить в сон.

– Пусть переночуют сегодня в палатке, – сказал я Лоре, которая появилась рядом в летнем халате.

Мы прошли мимо группы студентов, готовящихся занять первую линию обороны. Родители вызвали родовые гвардии, и теперь под стеной расположилось настоящее войско. Даже военная техника и орудия были в наличии.

Руководила парадом Ермакова: раздавала приказы и инструктировала группы. Кое-кто из тех, кто мерит свою значимость и опыт деньгами, пытались спорить с нею, но та обрывала их на полуслове и трясла перед лицами корочкой.

Походу, Ермакова серьезно поднялась по карьерной лестнице за этот прорыв. Новая должность и подчиненные. Однако едва ли это продлиться дольше прорыва. Интересно, сложно ли достать такую бумажку?

Около распределителя мы заметили фигуру Звездочета, который стоял у пропускной и наблюдал новоприбывшими. С кем-то здоровался, кому-то просто кивал.

– Здравствуйте, Алефтин Генрихович, как ваше здоровье? – подошел я. Мы пожали руки.

– Потихоньку, спасибо, – скрыв улыбку за усами, кивнул Звездочет.– Как тебе “Скарабеи”? Я так понял, ты был у Ахматовой?

– Ага, суровая женщина, но справедливая. Вы знакомы?

– Да… Было время.

– Алефтин Генрихович, что происходит? Может, вы мне ответите на несколько вопросов? А то неведение заставляет сильнее нервничать.

Он посмотрел по сторонам и вздохнул.

– Ладно, сор уже под ковер не заметешь, – пробубнил он. – Питерский Институт уничтожили неизвестные.

* * *

Кабинет Горького Алексея Максимовича

– Петя, Сережа, присаживайтесь!

Когда все вошли в кабинет, Горький закрыл дверь на ключ.

Как только Нахимов с Кутузовым сели, директор взял чайник, моментально вскипятил воду силой мысли. Налив две чашки ароматного напитка, он решительно сунул их гостям.

– Думаю, не надо объяснять, что произошло? – усевшись за стол, Горький посмотрел на обоих.

– Объясните, Алексей Максимович, поподробнее, – сказал Кутузов. – В письме от Его Величества никакой конкретики.

– На Питерский институт напали неизвестные. Его Величество отдал приказ об усилении обороны всех институтов, за исключением КИИМа, – Горький невольно улыбнулся. – Тут и так много защитников.