Травоядный. Том I

Я начал напрягаться, ускоряться. Организм начал работать как сумасшедший с грохочущим сердцем и постанывающими рёбрами. Несколько часов я ещё мог думать о чём-то помимо персиков, но затем мозг словно отключился. Я метался вверх и вниз неистовым волчонком, в какой-то момент сбился, перестал считать и просто дело своё дело.

О нет! Я не могу так умереть, у меня ещё есть что предложить этому миру!

А забираться нам приходилось всё выше, нижние ветви уже были пусты, даже на самых кончиках. Пришёл в себя я, только когда услышал истошный крик, а затем увидел, как зверлинг летит вниз с семи десятиметровой высоты.

Он разбился, без шансов, череп его размозжило землю словно переспелый арбуз, а кости вышли из плоти будто сломанные ветви обнажая белёсые кости. Но ни один из моих соплеменников, даже не взглянул на последние мгновения бедолаги. А Фиро только лениво приподнял голову и махнул надзиратели чтоб шли соскребать.

Неужели всем до такой степени всё равно? Или их сталь сильно волнует собственная жизнь? Хотя могу ли я их осуждать? Особенно если они выживут, а я нет.

Нет, сейчас как раз нужно взять себя в руки!

Я ускорился, теперь путь вниз был дольше и труднее, приходилось лавировать между толстыми ветвями и другими зверлингами.

В один момент, как только я вылетел из-за толстой ветви, с другой стороны, мне в плечо вписался широкоплечий заяц с высокомерным взглядом. Я от неожиданности выронил персики, а сам отлетел в сторону едва сумев ухватиться за тонкую ветвь буквально кончиками пальцев. А он только плюнул, и бросился вниз как ни в чем не бывало.

Случайность — подумал я… глупец.

Стоило мне вновь ухватить парочку персиков и начать спуск, как с разных сторон несколько зверлингов наметили меня жертвой. Это не было очевидно, но моя интуиция мне редко лгала. Мне кажется… Запомним. Они спускались почти параллельно мне, только один немного впереди. Он то и решил действовать первым, стоило ему на мгновение скрыться из поля моего зрения уйдя вбок, как в следующие мгновение он бросился на перерез вытягивая лапу.

Но я пригнулся, крутанул тело почти неосознанно, и с разворота ударил лапой

Хлесткий и сильный удар! Будто толстым канатом пришёлся зайцу в плечо! Нас отбросило друг от друга! Он отправился в сторону от древа, в небытие, к своей гибели! А я, к другому ублюдку. Тот попытался пригнуться, пропуская меня, но я ухватился за шиворот тряпья и дёрнул к себе.

Мы поменялись местами — теперь он летел вниз без шанса на спасение, а я к основанию древа.