Девятнадцать сорок восемь

Я почувствовал, как в мою спинку кресла что-то стукнуло. Видимо, это была безмозглая голова аристократа. Как только мы остановились, в воздухе возникла двухсекундная гробовая тишина. А потом один из аристократов буквально взорвался.

— Ты чё сука! Совсем охерел?! Да я тебя…

Я резко развернулся и рыкнул:

— Закрой пасть!

— Чего? — непонимающе переглянулись аристократы.

— Живо вышли из машины! — продолжил я, понимая, что мои глаза застлала ярость. Ещё одно мгновение, и я просто готов был бы убить их.

Я тяжело дышал и не сводил своего взгляда с более наглого аристократа. Тот молчал. Внутри машины стало невероятно жарко. Или это только для меня? Я не понял… Но вулкан внутри меня готов был взорваться.

— Слышь, ты чего? — заговорил второй. — Мы же отсюда даже машину не поймаем.

— Я сказал, выметайтесь!

В этот момент лампочка в салоне над пассажирами сама по себе начала мерцать. Они оба уставились на неё, а спустя секунду наглый аристократ заговорил:

— Хах. Этот отброс пытается запугать нас такой ущербной магией? — он нервно рассмеялся, но этот смех скорее был защитным, чтобы скрыть свой страх.

Прошло ещё буквально пару секунд, и лампочка над пассажирами неожиданно разлетелась вдребезги. Оба аристократа вздрогнули и снова замолчали. Один из них схватился за ручку двери и замер, боясь даже пошевелиться.

— Пошли на х. из моей машины! — прохрипел я, тяжело дыша.

Им понадобилось не больше секунды.

— Ублюдки… — проговорил я, и развернулся обратно.

Взявшись обеими руками за руль, я уткнулся в него лицом.

— Какого хрена? — подумал я про разбитый плафон. — Запугать магией? Я же ничего не делал…

***

Эмоции.

Чертовы эмоции. И на этих эмоциях я решил поехать к отцу… К своему настоящему отцу. Прямо сейчас. Прямо на машине. Я просто взял и ни с того ни с сего решил сделать это.

Чего я хотел?

Не знаю.

Когда я ехал к особняку Вешкиных, моя ярость лишь разгоралась. Во мне все бурлило, кипело, жгло так, что останови меня патрульный имперской безопасности, я бы на него наорал. А может и чего похуже…

Но я доехал. Доехал с пылающим вулканом в груди и внезапно, как только оказался за воротами, понял. Понял, что я понятия не имею, что я тут делаю.

Зачем я, спрашивается, приперся сюда?

Да, хотелось выместить злобу.