Князь Барятинский. Ближний Круг

Удивительная трансформация.

— Здравствуйте, Клавдия Тимофеевна, — поприветствовал её учитель. — Всё трудитесь?

— Отчего ж не трудиться, когда работа есть, Платон Степанович, — потупила взгляд девушка.

Так я впервые услышал имя своего учителя. Наше знакомство произошло столь стремительно и необычно, что я вовсе упустил из виду тот факт, что мы не представлены. Скорее всего это потому, что с Платоном Степановичем уже был знаком Костя.

Платон Степанович, видимо, посчитав стадию приветствия пройденной, жестом указал на меня.

— Позвольте представить, князь Константин Александрович Барятинский. Константин Александрович — баронесса Клавдия Тимофеевна Вербицкая. Клавдия Тимофеевна владеет этой больницей, и...

— Прошу прощения, — перебила Клавдия Тимофеевна, — я не владею решительно ничем. Здание принадлежит моему роду, а всё, что я тут устроила, не больше чем мои детские причуды.

В этих словах послышалась затаённая горечь. Она как будто передавала чьи-то чужие слова, которые сильно её ранили, и за которыми с тех пор пряталась, как за щитом.

— Что ж, если это — детские причуды, тогда от всего сердца желаю вам никогда не взрослеть, — улыбнулся Платон, и выросшая было стена льда немедленно расплавилась.

— Что же вас привело в мою скромную обитель? — снова заулыбалась Клавдия. — Я, к моему глубокому сожалению, не сумею достойно принять их сиятельство. У меня очень маленький кабинет, да к тому же там и не прибрано...

— Мы и не рассчитывали на торжественный приём, — отмахнулся Платон.

Я — так точно не рассчитывал. Я вообще ни на что не рассчитывал. И на любопытный взгляд Клавдии мне было ответить нечем: я понятия не имел, что тут делаю.

— Тогда чем могу быть полезна? — всплеснула руками Клавдия.

— У Константина Александровича светлая душа, но тёмные мысли, — сказал Платон. — Я подумал, что лучше вас с этим никто не справится.

Я всё ещё ничего не понимал, а вот Клавдия внезапно просто засветилась, как лампочка.

— О, я всегда рада помочь!

— Покажете нам, с чем придётся работать?

— Конечно! — Клавдия бросилась обратно к крыльцу.

— Секунду! — подал я голос. — Что вообще происходит? Что там, в этой больнице?

Клавдия, держась за ручку двери, повернулась ко мне. Выглядела она удивлённой.

— Больные, Константин Александрович.

— И с какого бока тут я? Я не врач.

Наложить повязку, шину — конечно, сумею. Сделать искусственное дыхание. Особенно рот в рот...