Черный маг императора

Вот так-то вот. Ну и как подумать, что это всерьез? Ясно ведь, что детский сад, вторая группа. Он бы вообще проигнорировал эту бумагу и даже не стал бы проверять информацию, если бы не два обстоятельства.

Во-первых, что такое Тещин язык он прекрасно знал. Это такой странный камень витиеватой формы, который стоял недалеко от поворота на Белозерск, если ехать в «Китеж». Ну а если на самом деле существует камень, то почему бы там не оказаться и кладу?

Во-вторых, отряд наемников «Могучие волки» тоже в самом деле существовал и его лидером официально числился именно Евгений Шишаков, по кличке — Шишак.

Следовательно, в записке могла содержаться вполне достоверная информация, которую просто необходимо было проверить. Как оказалось, не зря проверили.

Только теперь на их голову свалилась новая проблема — целый деревянный ящик, наполненный золотом и серебром. Причем, судя по всему, все это добро складывали в него не один год и даже не один десяток лет.

Не нравился Воробьеву этот ящик.

— Никита, давай-ка еще раз, — он посмотрел на лейтенанта, у которого от волнения выступил пот на лбу. — Кто принес в участок эту записку?

— Ее принесла маленькая девочка, — ответил он. — Я проверил камеры... Она приехала на велосипеде, если это важно.

— У девочки же поинтересовались где она ее взяла? — раздраженно спросил капитан.

— Само собой. Дежурный опросил ее, и она сказала, что ей дал бумажку какой-то дядя и попросил отвезти сюда. Еще этот дядя дал ей две шоколадки — молочную с кокосом и молочную с клубн...

— Достаточно, — поднял руку Воробьев. — Смысл я понял. Этого дядю мы не найдем никогда. В понятии маленькой девочки дядей может быть кто угодно, кто старше ее хотя бы лет на пять.

— Я тоже об этом подумал, Роман Иванович, — сказал лейтенант.

— Это хорошо, что подумал, Никита, — пробормотал Воробьев, витая мыслями где-то далеко. — О чем еще подумал? Поделишься?

— Нам нужно поговорить с Шишаком, — ответил тот и показал на груду драгоценностей в ящике. — Думаю, он явно причастен к этой истории.

— Понятно, что причастен, вот только что мы ему с тобой скажем?

— В каком смысле?

— Ну... Доказательств, кроме этой бумажки у нас с тобой нет, верно? — капитан взял лист бумаги и пожал плечами.