Герой или разбойник. Книга 1.

— Господин лейтенант, — громко проговорила герцогиня, — арестуйте этого человека и бросьте его в самую глубокую камеру замковой тюрьмы.

Не успел еще Георг опомниться, как несколько солдат подскочили к нему и крепкими веревками связали ему руки на спине. Окружив его со всех сторон, они вывели его из будуара герцогини.

Дьявольски прекрасная женщина приблизилась к окну и прижала свой горящий лоб к холодному стеклу. В тяжелом раздумье простояла она возле окна около получаса и затем взволнованно пробормотала:

— Я должна спуститься к нему в тюрьму и еще раз поговорить с ним.

При этих словах она взяла серебряный звонок в руки и громко позвонила. Вслед затем в комнату тихо зашла её старая фрейлина Вольбрик.

— Вольбрик, — обратилась к ней великая герцогиня, — спуститесь со мною в замковую тюрьму. Возьмите пожалуйста, свечу и освещайте мне дорогу.

Фрейлина повиновалась и, взяв свечу в руки, приблизилась к противоположной стене и нажала какую-то невидимую кнопку. В ту же минуту открылась потайная дверь, и фрейлина, держа высоко свечу в руке, стала спускаться с лестницы.

Все глубже и глубже спускались они и достигли наконец длинного, темного коридора подземной тюрьмы. При их появлении тюремный сторож, сидевший на скамейке, поспешно вскочил и отвесил им низкий поклон.

— Откройте камеру и дайте мне в руки фонарь! — повелевающее обратилась к нему великая герцогиня. — А вы, Вольбрик—сказала она фрейлине ждите меня в коридоре.

Сторож бросился исполнять желание великой герцогини.

Глава 3. Минута счастья

Тюремный сторож со страхом вбежал в камеру, думая, что великой герцогине угрожает какая-нибудь опасность.

— Негодяй! — с бледным, искаженным лицом воскликнула герцогиня, увидев сторожа. Так-то ты исполняешь свои обязанности? Смотри, решетка окна выломлена, а от заключенного и следа нет.

Сторож задрожал от страха и в сильнейшем испуге пробормотал что-то в ответ.

Теперь уже слишком поздно было послать погоню за беглецом, но завтра чуть свет, она разошлет по всему городу самых лучших шпионов.

***

Как только дверь камеры закрылась, и шаги солдат затихли, храбрый кузнец разорвал веревки на руках, как будто это были тонкие соломинки.

— Я должен бежать во что бы то ни стало, — пробормотал он про себя.