Черный герой

Тот бегал по комнате с мокрой головой и пытался собраться в дорогу. Я видел судорожный ход его мыслей. Удобно расположившись в кресле, я наблюдал за ним. У него все валилось из рук. Какой же растяпа.

Свечка давно уже погасла, а Христофор всё никак не мог собраться. Я отпускал унизительные гневные реплики в его адрес, отчего он терялся ещё больше. По итогу еле как собравшись, он выдал:

– Зачем так жестоко? Для чего это всё? – вид его был несчастный.

– Ты думаешь я с тобой нянчиться буду? Мне, может, ещё зад за тобой подтирать? – усмехнулся я.

– Было бы не плохо, – пробубнил он себе под нос, думая, что я его не слышу.

Я подскочил к несносному юнцу и схватил его за рубашку, дернув к себе. Христофор сильно испугался, запоздало поняв, что и кому он сказал.

– Простите, мой герой, я хотел сказать другое, – начал он было растерянно оправдываться.

– Следи за своим языком, сученыш, а то ненароком потеряешь его, – прошипел я ему в лицо.

– Простите… – растеряно начал было он.

Я отбросил его от себя, и он упал на пол, смотря на него сверху вниз, я оценивал, какой большой объём работы мне предстоит.

– Через пять минут жду тебя в конюшне. Не успеешь – пеняй на себя, – бросил я и ушёл.

Я снова зашёл в свой номер, там меня ждала горничная с упакованным в дорогу обедом и завтраком. Забрав свертки, я положил их в свою кожаную сумку и, перекинув её через плечо, пошёл на конюшню. Сумка удобно прилегала к бедру и почти не мешала как при верховой езде, так и при пешей прогулке.

Сама сумка была небольшая, но вместительная.

Найти Ахерона в большой конюшне мне не составило труда. Он стоял в самом лучшем стойле, которое только могли нам предложить, и дремал. Даже для демона утро было слишком раннее.

– Эй, друг мой, проснись, – тихо проговорил я, гладя Ахерона по его огромной морде.

Конь недовольно фыркнул.

– Пора идти. Нас с тобой ждут дела, и веселье, – всё так же тихо говорил я.

Ахерон проснулся, махнув мордой и моргая, он в непонятках смотрел на меня.

Я открыл стойло и, отойдя, дал пространство выйти ему. Конь лениво вышел и махал головой, топчась на месте, разминая свои затекшие конечности. Меня смешило его недовольное фырканье. Это напоминало то время, когда мы вместе коротали время в «Вековых оковах». Он часто бухтел, когда ему что-то не нравилось.

– Что ты, друг, устал быть в этом теле? – конь посмотрел на меня вопросительно. – Так ты сам попросил.