Пожарский-4

– У них, поди, големы на рубке-то стояли, – предположила Люда. – Тогда их, говорят, было много.

– Согласен. Поставили каких-нибудь примитивных с заданием рубить, он и рубил, пока проверяющий не пришёл, – Иван проскользнул в проруб, и полость-пещерка, сплошь покрытая изнутри крупными кристаллами соли, заиграла отблесками.

– Как будто изморозью покрыто! – восхитилась Шаховская. – А что, альвы соль не любят?

– Да, я слышал, какая-то у них с солью скользкая тема, – припомнил Сергей.

– То-то у них вся еда такая пресная! – воскликнула Звенислава, и все вдруг вспомнили, что неплохо было бы подкрепиться, особенно подвальным сидельцам, которые сегодня даже по куску хлеба съесть не успели.

– Так, – Иван хлопнул рукой об руку, выбив искры, – предлагаю вернуться в ту комнатушку, я разожгу вам костёр, а сам пронесусь по лесу. Глядишь, разживёмся едой.

– Может, вместе? – предложил Сергей.

– Извини, брат, но у меня от силы полчаса осталось, пока я быстрее, выносливее и прочее. Надо успевать.

– Тогда двигай, а дровами и печкой я сам займусь.

– Ладушки!

Комната, в которой некогда сидело мелкое шахтное начальство, вовсе не носила на себе следы разгрома, как можно было бы предположить. Не скопилось ни пыли (верно, климат Оловянных островов был достаточно влажным), ни даже паутины по углам (нечего тут было есть паукам). А всё прочее пребывало в своём привычном виде. Словно кто-то, уходя в спешке, забрал только отчётные книги, а всё остальное оставил как есть, и больше сюда никто не приходил. Даже беднота крестьянская не позарилась на предметы обстановки.

– Это чудо! – воскликнула Звенислава. – Печка!

– Дурацкая, правда, – критически оценила Люда, – с этой их огромной альвийской трубой, словно они и впрямь хотят, чтоб к ним через подобный тоннель в небо лазили волки и волшебные старики с кулями подарков.

– Зато дымить в комнату не будет! И на ней можно что-то сварить. Или пожарить. Смотри: решётка!

– Обалдеть, да? Кто бы знал, что я когда-то буду радоваться возможности растопить печку!

– И не говори!

– Так, девчонки, – прервал их щебетание Сергей, укладывая Ярену на каменную лавку. – Я за сушняком, а вы не расслабляйтесь, ушки на макушке! Мало ли...

– Не переживай, Серёж, – успокоила его Люда, – не такие уж мы дуры.