Вкус денег

– А почему?

– Ну, понимаешь, сформулировать обвинение, не имея на руках фактов, я не могу, но точно тебе говорю: не нравится мне эта экзальтированная особа, вся она какая-то насквозь фальшивая. И что самое интересное, о том, что Ненашев мертв, мы фактически узнали от нее. Сказал ей об этом Лесников или она это сама придумала – неизвестно. И теперь этого уже не проверить. Может, она точно знает о гибели Ненашева, но боится прямо об этом сказать?

– Но она же назвала тебе Лесникова до того, как его убили, или, по-твоему, она сама его и убила? Только ради того, чтобы нельзя было проверить, говорил он что-то о Ненашеве или не говорил?

Роберт Ненашев.

25 марта

Константин Эдуардович стремительно влетел на кухню. Анжела, нервно позвякивая посудой, готовила завтрак.

– Доброе утро, детка. – Волгин похлопал ее пониже спины и плюхнулся на стул. – Как наши дела?

– Мигрень. – Анжела мученически вздохнула: – Как подумаю, что сегодня опять беседовать со следователем, просто в дрожь бросает.

– Да, кстати, ты же мне так и не рассказала вчера, что там у вас стряслось? Убийство какое-то, так я понял?

– Убийство, – еще раз вздохнула Анжела.

– Что, прямо в «Лесном» или где-то рядом?

– Прямо в «Лесном». Мало того, в том номере, который точно под моим кабинетом. А еще адвокат какой-то приходил. Гордеев, кажется. Приятный такой молодой человек, и частный сыщик при нем тоже приятный. Их Димины родственники наняли, наверное, те, что в Германии.

– Да? – удивился Волгин. – И что же адвокат?

– Хотел посмотреть бумаги, которые в офисе остались. Спрашивал, не было ли денег у него с собой больших. Про сейф спрашивал. В общем, тот же шарик только в профиль. Милиции я все это уже рассказывала и показывала, а толку никакого.

– Надеюсь, ты не обольщаешься насчет способностей этого «приятного» адвоката? – усмехнулся Волгин.

– Да не переживай, не сказала я ему ничего лишнего. Все как договорились.

Сейф был заперт. Я вызывала специалиста, чтобы открыл. Потому что не знала комбинацию. Но он оказался совсем пустым. – Анжела рассказывала нервно и сбивчиво, попутно сражаясь с тостером, который нагло заглотил кусочек хлеба и никак не хотел его выплевывать. Наконец, отчаявшись, она выключила тостер и занялась изготовлением апельсинового сока. – О чемодане я, конечно, ничего ему не сказала.

– Вот и умница. – Волгин облегченно вздохнул.