Тайна заснеженного замка

Дагобер схватила за рукав высокую фигуру в свободном домино с капюшоном, проплывавшую мимо нее:

– Сударыня, извольте объясниться!

Схваченная откинула капюшон. Дагобер в испуге отскочила. На собравшихся взглянуло круглое лицо с насупленными черными бровями, глазами чуть навыкате и румяными пухлыми щеками.

– Куртийон, так вот вы где! – обрадовался директор. – Помогите нам собрать девушек и отвести их в дортуары.

– Колетта Куртийон, сударь, – отчеканила в ответ та, – не подчиняется ничьим приказам. Колетта Куртийон – особа королевской крови и магистр тайного ордена Двенадцати рыцарей.

-4-

Она повернулась к девицам, которые начали уже сбивать строй и путать фигуры, и, слегка покачиваясь в танце, махнула им рукой:

– Танцуйте, дамы, танцуйте! Не слушайте тех, кто пришел помешать вам! Осталась одна лишь ночь, и свершится назначенное! Пройдем последнее испытание с честью!

– Боже мой, Куртийон, что они с вами сделали? – воскликнул директор.

– Они – со мной? Вы до сих пор считаете, что глупенькая Куртийон не в состоянии ничего придумать сама? Полагаете, я не слышу этих разговоров у меня за спиной: Куртийон дурочка, Куртийон бестолкова?

Лицо Куртийон исказилось злобой, и она даже прервала своё покачивание.

– Так знайте же! Это я нашла легенду о двенадцати рыцарях и их короле! Я обнаружила это подземелье и нашла все тайные ходы! Я продумала план и отобрала самых достойных и знатных воспитанниц, чтобы его выполнить! Я, я, я! – Куртийон встала в красивую позу, как королева на сцене театра, и ударила себя в грудь.

– Колетта, – сердито и очень некстати сказала Тронколен, – прекратите валять дурака! Еще немного – и мы осрамимся перед попечительницей. Вы, чего доброго, будете тут плясать, пока не забрезжит утро. Да и девицы простудятся – посмотрите, во что они у вас одеты!

– Попечительница! – расхохоталась Куртийон. – Меня не волнует ваша попечительница! Скоро мы с девушками займем место, достойное нашего происхождения, и нам не придется кланяться в ноги вашей жалкой баронессе.

– Барышни! – рявкнула Тронколен.

Ритм вальса начал сбиваться. Некоторые девицы растерянно переглядывались: видимо, голос Тронколен достиг их сознания даже сквозь смоляной дым. Скрипка пискнула и замолчала – лишь Марготон продолжала безмятежно выводить прекрасные и грустные фиоритуры на своей виолончели.

– Продолжайте танцевать! – велела Куртийон.