Тайна заснеженного замка

Откуда-то со стороны дортуаров гренадерскими шагами приблизилась экономка. Грюнделя она даже не удостоила взглядом, а на Берленго посмотрела так, словно он был пылью или пауком, которого следовало смахнуть со стены половой тряпкой. Несколько минут прошло в пренеприятном молчании, но, благодарение небесам, двери наконец распахнулись и привратник ввел гонца, почти насквозь облепленного снегом и с сосульками на усах.

– Ведите меня к директору, срочное дело! – распорядился гонец вместо приветствия.

– А как же обсушиться и обогреться, сударь? – кисло-сладким голосом пробасила экономка.

– Потом!

Пышная процессия – лишь привратник остался внизу – проследовала в кабинет директора.

Тот сидел за столом и листал какие-то книги. При виде гостя он встал со всем радушием и воскликнул:

– А-а, Перпильян! Что стряслось? Боже, в каком вы виде – скорее, скорее ступайте сюда, к камину, и обсушитесь!

Перпильян последовал его совету, оставляя мокрые грязноватые следы на ковре. Экономка проводила его выразительным взглядом.

– Еще распоряжения будут, сударь? – спросила она директора, метнув и в него глазами пару молний – по-видимому, за компанию.

Директор распорядился принести горячего вина, а когда придет время обеда – сервировать еще на одну персону. После этого экономка удалилась, прикрыв за собою дверь чуть решительнее, чем следовало. По сути, она ее просто захлопнула.

– У меня к вам разговор чрезвычайной секретности, – начал гость.

Внезапно директор обнаружил в комнате Берленго.

– Что с вами, господин директор?

– Ничего, – досадливо отвечал директор, – я хотел, чтобы вы сходили в башню и смотрели в окно до прибытия следующего гонца. А вы, друг Грюндель, останьтесь: с вами мне следует обсудить некоторые документы.

Берленго пожал плечами и покинул гостиную.

– Это мой друг и советчик, – указал директор на Грюнделя, – при нем можете говорить свободно.

Грюндель приосанился.

– Дело в том, – сообщил гость, подставив огню в камине спину и слегка приседая, что придавало его словам трагикомический оттенок, – что попечитель приюта, господин барон, скончался.

– Ах, неисповедимы пути судьбы, – сказал директор и склонил голову. Грюндель последовал его примеру, обнаружив у своих ног кота Пуфа. Пуф, в свою очередь, головы не склонял.

Господина попечителя маленький архивариус никогда в жизни не видел.