Куда уходят боги

Тоскливо мне просто – никто из ближних моих иначе, чем с просьбой какой и не приходит вовсе, а просто поговорить не с кем, да и времени не остается – вот и ворчу про себя по-стариковски… А Он появляется только на пару минут, просьбы выслушает, поморщится – и уходит. Даже анекдотов больше не рассказывает – говорит, форботы ничего нового до сей поры не выдумали. Конечно, работы у меня сейчас не в пример больше, чем ранее: раньше придет ко мне командир ратный и попросит для воинства своего силы ратной, а для себя еще и умений магических.

А теперь каждый отдельно за себя говорит, да чтоб не узнал никто, чего выдумал, таится. А ведь хотят-то все одно и того же – урожая великого, скотину по плодовитее, беды какой избежать. Сыновей все хотят по-прежнему. А вчера в самый праздник, пришла одна, бесстыжая, и просит – мол, пусть у нее ребеночек не родится – не ко времени, мол, пусть уж как-нибудь рассосется!!! Я ее и стыдил, и уговаривал, а она – сама знаю, чего мне надо, а чего – нет. Ребенок мне сейчас без надобности, а вот пусть у меня волосы на голове будут цвет менять по желанию моему. Ну как я в глаза Ему смотреть буду, когда такое выскажу?!! А еще юнец один просил, чтобы девушка его полюбила. Не какая-нибудь, а первая красавица-мастерица, да у нее же и жених есть, ей под стать. А этот, передо мной, смотрю, зеленый совсем еще, он же и полвоза муки обеими руками не утащит. В общем, я ему процитировал Его слова – о свободе судьбы и воли, – все-таки удалось переубедить упрямца. Вместо прежнего желания попросил он силы мужеской и привлекательности для девушек. *** Ему мне в глаза смотреть не пришлось. Сам Он являться не стал, только спросил, есть ли чего срочное. Я сказал, что нет. Он сказал, мол, некогда, забегу попозже. Ну, я Ему не указ, да и стыдно мне в последнее время Ему наши мольбы озвучивать.*** Он явился, наконец, на мой зов. Пять вечеров до того я взывал напрасно. Я хотел, было, сразу снять с себя груз обязанностей своих и озвучить гнусные мольбы наши, но Он пожелал начать с кружки пенного хилля. Впервые за долгое время сидели мы как добрые друзья. За пятой кружкой Он все-таки меня выслушал. Я к этому времени, честно сказать, был уже сражен веселостью напитка, поэтому поведал о срамных пожеланиях моего народа в манере анекдотов форботских. Он оценил, посмеялся, но после все же поморщился: «Ты вот рассказал все это – и свободен, а мне же исполнять». За шестой кружкой я предложил Ему всем в их просьбах отказать. В целях воспитательных.