Экзамен для эмпата

Солнце предательски слепило в глаза, и Лас не сразу различил в густой тени под деревом силуэт На-ин. Сперва он услышал, как она сказала:

– Этой тропой не ходят, – вместо приветствия сестра вытащила из его волос колючку и брезгливо отбросила её в сторону. – Они, вообще-то, ядовитые.

Лас очень внимательно осмотрел одежду.

– Насколько ядовитые? – он скользнул под низко склонившиеся ветви старика вслед за пронырливой младшей. Обрадовался большой корзинке с припасами, куда не преминул первым делом сунуть нос, а потом и руку.

– Кожу поцарапает – опухнет, – пожала плечами На-ин с видом “это же всем известно”. – Молодые побеги очень жгучие. Ла-ас, тебя что там люди не кормят? Это на всех!

Лас не без сожаления вернул в корзину последний прихваченный кусок мяса.

– Ты готовишь лучше, – даже врать не пришлось. Да и когда был тот обед!

– Будешь столько лопать, ужин сам пойдёшь ловить, – проворчала На-ин, отодвигая корзину подальше.

– Тогда голодными останутся все, – со смешком заметил Лас, – и разочаруется не только отец.

– И чья гордость пострадает больше? – На-ин вопросительно подняла бровь.

– Моей уже ничего не страшно, – заверил её брат. – Но я не хочу, чтобы ты голодала из-за меня.

О той охоте, на которую отец взял с собой Ла-аса, упоминали исключительно с осторожной иронией. А ведь На-ин говорила, что это глупость! Какой с Ла-аса, выросшего среди людей, добытчик? Но Ка-йе, один из лучших охотников селения, не нашёл иного способа сблизиться с сыном, кроме как позвать его с собой.

Вернулись они без добычи, а Ла-ас был слишком уж всклокочен и припылён.

– Не повезло, – прокомментировали оба, и Ка-йе больше к детям не лез.

На-ин и рада была – отец никогда не стремился принимать в их жизни большого участия, тем более что он жил в селении, а они обособленно от всех. Иногда Ка-йе их проведывал, в тяжёлые времена помогал с едой. Ох-хэ, сдалась ему эта охота?

Ла-ас делал вид, что не очень расстроился, но На-ин видела, что его задело сильнее, чем брат хотел бы ей показать.

А чего он ждал? Ка-йе замкнулся в своём горе после того, как мама пропала, и не смог из него выйти. Точно не к ним. С Ми-ат он молчаливо враждовал. Мама была ему нужна, они – нет. Обидно, ну так что? Если ничего не ждёшь – тогда и не расстраиваешься. Прошлое прошло. Нет его больше.

На-ин сделала над собой усилие, чтобы промолчать и не продолжать этот разговор.