Экзамен для эмпата

Конкретно этот памятник обозначал откуда пришли их Первые. Намного позже был построен храм для их почитания. Люди верили, что Первые и их боги управляют жизнями за гранью пространства. Ветер не мог знать точно, так это или нет – в его владения ни одно чужое божество не заходило. Но кое-что он мог утверждать наверняка – стелла стояла в неправильном месте. То настоящее место, где когда-то порвалась ткань их мира, впуская чужаков, спряталось, и людям не было к ней хода. Людям – но не ветрам. Ему не впервой ходить волшебными дорогами.

До ветра донёсся звонкий девичий голос:

– Вы не можете бросить меня, мы пришли вместе! Нас видели!

Другого человека ветер сразу узнал. Всё тот же старый знакомый:

– Ага, спорим, на службе были журналисты? Потом прочитаете про себя в газете. И я Вас не бросаю. Вы сами отстали.

– Вернёмся, кир, – в её до того безупречно сдержанном голосе послышались нотки мольбы и отчаянья, – если нас сейчас увидят, пойдут слухи.

Девушка вдруг взяла себя в руки и строго спросила до того, как юноша успел что-нибудь ответить:

– Агенор! Где Ваши манеры?!

Юный кир так заразительно расхохотался, что и ветер не сдержал улыбки. Люди и их условности. Правда забавные.

– Я прогуливал уроки этикета, – признался юноша, всё ещё смеясь.

– Что, все?

– А Вас, видимо, назначили мне в репетиторы, – пожал плечами он.

Ветер засмеялся. Людям неподалёку показалось, что где-то зазвенели колокольчики. Агенор и его спутница заозирались, но ветру уже было не до них.

Давно уснувшая тропа откликнулась на его зов неохотно. Медленно пробуждались волшебные нити, лениво увлекая его за собой.

Яркий полдень сменился зелёной тенью. Где-то совсем рядом смеялись дети. Плескалась река, выводила нехитрую мелодию свирель. Деревья тихо вздохнули листвой, удивлённые его появлением.

“Будем знакомы”, – ветер нежно погладил их шершавые стволы. Деревья тихо скрипнули от щекотки. Как давно его не видели на этой земле! Где же те, кто вспомнит его?

Он обернулся на тихий возглас удивления. Девочка с зелёной кожей и венком из лилий на голове замерла чуть поодаль, робко прижимая к груди дудочку.

– Привет, – улыбнулся ей ветер, силясь вспомнить, выглядит ли он сейчас хоть как-нибудь, или она видит саму его суть.