Сказки для маленьких и взрослых

А вообще… - Она посмотрела на меня каким-то особенным взглядом, а, давай мы ее в ведра наберем, и домой принесем. – Ты ее на своем окне поставишь одним концом, а я на своем, и у нас будет радуга. Из моего окна в твое окошко. Так ее можно будет смотреть даже без всякого дождика. Давай?

Предложение было серьезным. Радуга дома из моего окна до ее окна – это было круто. Даже круче синего велосипеда.

- Давай! А как? – Ленка, снова сделала удивленные глаза. – Ты, что дурак? Это же просто! Ведра у меня в песочнице.

– Она быстро добежала до кучи песка, в которой, она пекла куличики и кормила пупса одуванчиками. Вытряхнула из них остатки и принесла к скамейке. Протянула одно мне.

- Только разуться надо. – Она стащила свои сандалии и пошевелила розовыми пальчиками на ступнях. – И ты сапоги снимай. – Я удивленно пожал плечами.

- А сапоги то зачем снимать? Грязно ведь. – Ленка показала рукой на облака в луже.

- Гоша! Ну, ты чего? Совсем? – Она покрутила пальцем у виска. – Правильно! Грязно! Мы же по облакам пойдем, а они смотри какие белые.

Чистые. Мы же их запачкаем. – Она засунула ногу в лужу и попробовала ступить на облако.

У нее получилось.

Я тоже стащил сапоги. Аккуратно поставил их у скамейки.

Когда мы вернемся с радугой в ведрах обратно, сапоги нужно было не забыть надеть снова.

- Ну, что? – Я взял свое ведро, жестко, так, чтобы топая по облакам его не выронить.

- Пошли, если такое дело.

До радуги мы дошли. Набрали полные ведра и вернулись. Радуги хватило надолго.

Она годы стояла из моего окна в окно Ленки, и нам не нужен был дождик и цветные стеклышки, для того, чтобы ее смотреть.

Потом радуге стало скучно, и она улетела в небо. Улетела далеко и надолго.

Наверное, навсегда, хотя от нее все - таки остался кусочек, на который можно было смотреть без цветных стеклышек.

Он остался на старом осколке поломанного компакт-диска, со свадебным маршем Мендельсона.

Глава 4

Пластиковые стаканчики

Я с трудом открыл тяжелую дверь в лабораторию.

Она была старой, обитой древним линолеумом и кисло пахла. Тем более пружина. Как я ненавидел эту пружину, и, собственно, почему пружина? Старая и ржавая пружина. В прочем, как всегда. Старая и ржавая.

В центре продымленной всякими опытами насквозь небольшой комнатки стоял огромный стол, заставленный пластиковыми стаканчиками из - под мороженого.

Теперь Серж просил приносить именно мороженое и именно с малиновым наполнителем.