Аленький цветочек

А что листьев нет — так не беда, оттого только вид загадочнее да волшебнее.

Проходит неделя. Две проходит. Стоит цветочек аленький на подоконнике и не дохнет. Пройдет старшая сестрица мимо — выплеснет в горшок остатки заварки, а он только краше распускается. Залезет на окно кот средней сестрицы в земле покопаться — а цветочку все нипочем. Зачитается Настенька романом рыцарским, позабудет поливать — а кактус все цветет да хорошеет.

Вот только стала замечать Настя, что не весел стал папенька.

Описал он и оранжерею волшебную и хозяина ее, что на чудо чудное и диво дивное похож. Поведал он ей, что подарило чудище ему аленький цветочек, но уж больно дочерьми подозрительно интересовалось.

Задумалась Настенька. Девушка она была начитанная. И сразу решила, что папеньку от дум тяжких надо избавить. Стало быть, надо ехать чудовище расколдовывать.

Как Степан Глебович не отговаривал дочь, но ничего у него не вышло. Характером она была зело упряма. Как ни плакали сестры, но Настенька была непреклонна.

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Вот и голландский лекарь, поминая недобрым словом русские морозы, с трудом выгнал дворника да конюха расчистить дорожки к зимнему саду да к воротам. Любуется он в оранжерее своими тюльпанами, и слышит, гремят колокольцы, мчится тройка прямиком к его усадьбе.

«Кого еще нелегкая в воскресный день несет», — думает Дамиан Кельц, — «Опять, что ли кто рожает или помирать вздумал? Почему во мне возникает необходимость, сразу лишь только я займусь пересадкой бегоний или раскурю трубку около теплого камина?»

Однако из саней, запряженных белогривыми, как снег, жеребцами, выпрыгнула девица-красавица в шитой золотом душегрее, а из-под мышки у нее торчал горшок с живучим и до сих пор цветущим кактусом.

— Сильвупле жевупри авек плезир, — говорит Настенька медоточивым голосом, изображает неуклюжий книксен и добавляет на всякий случай, — Гутен так, минхерц. Граци милле за цветочек аленький.

Остолбенел Дамиан от неожиданности, стянул с головы маску чумного доктора, глаза протер, вытащил руками трясущимися лорнет из кармана и снова посмотрел, не почудилось ли.

Глядит Настенька на чудище лохматое.