Как это было на самом деле

Кулаки сжимаются сами собой. На горизонте всё ещё виден крохотный силуэт корабля троянцев.

Последнее перо лебединого наряда, висящее на тоненьком шнурке, жжёт мне грудь.

Не враги

— Погоди, а ты как сюда попал?

Единый потянулся за маленьким шаром, слегка сдавил его в кулаке и дунул. Каменное крошево разлетелось во все стороны. На ладони среди обломков, подтянув колени к груди, сидел курчавый юноша и внимательно смотрел на Единого.

— Что-то я тебя не помню.

— Ты и не можешь помнить. Меня не было среди твоих противников во время битвы.

— Дерзкий ответ, — с неодобрением отметил Единый.

— Вовсе нет, — пожал плечами молодой человек. — У меня нет причин дерзить, потому что нет оснований бояться. Я враг не тебе, а тому мерзавцу, который был твоим главным соперником.

Единый хмыкнул и поднёс ладонь поближе к лицу.

— И за что же ты его так ненавидишь?

— Во-первых, за то, что он и его сын унизили моего отца; во-вторых, за то, как он поступил со мной.

— И как же?

— Он чуть не убил меня. Все считали меня погибшим, но я выжил и долгое время готовил ответный удар. И нанёс бы его — если бы не появился ты. Проклятье, я ведь уже стоял у него за спиной!

— Скорее всего, у тебя ничего не получилось бы, — покачал головой Единый. — Удар в ответ надо наносить ещё до исходного удара. Только так можно победить наверняка. Я люблю побеждать наверняка.

— Я заметил, — серьёзно сказал юноша.

Единый удовлетворённо улыбнулся.

— Ступай, мелкий. Я не враг тебе. — Он запрокинул голову и захохотал.

Если бы люди могли воспринимать эфирные волны, то, без сомнения, оглохли бы. Яростный, оглушительный вопль сотряс недра планет, когда освобождённый Фаэтон взмыл вверх и устремился к Солнцу. Заточённые в ядрах боги неистовствовали.

Одна лишь Гея оставалась безмолвной.

Противник

Грубые сапоги скользили по бугристому льду, но Тор упорно двигался к скалистой гряде, за которой уже виднелось исполинское тело Мирового Змея.

Вопреки мнению асов, считавших Тора равнодушным здоровяком, бог-воитель обладал очень впечатлительной натурой. Он любил жизнь и считал величайшей несправедливостью свою глупую гибель во время Рагнарёка. В конце концов Тор решил, что будет лучше, если хотя бы с одним противником асы разберутся заранее. Фрейя, обернувшись соколом по просьбе названного дядьки, облетела чуть ли не весь Мидгард, пока не отыскала место, где находилась голова уробороса.