Ты попала, Жюли!

И как я сразу не догадалась? Потому Арчи меня и стеснялся, потому и спешил.

- Здесь дамам полагается носить длинные платья, - подал голос Пуаро, который тоже остановился, покрасоваться. – А ты посмотри на себя! Ни дать ни взять, разбойник с большой дороги!

Вишь, резонер сыскался! Договорится он у меня – сделаю своим личным модельером. Будет за швейной машинкой часы коротать.

Арчи между тем прошествовал на кухню – и давай греметь посудой! Он что же, нас кормить собрался?

- Не утруждайте себя, месье! – крикнула я, сняв кроссовки и отставив их в дальний угол прихожей.

– Мы в городе пообедаем.

- Ага, как же! Пообедаете! – отозвался тот. – Да вас из первой же закусочной вышвырнут! И это еще в лучшем случае. А в худшем – посадят в каталажку. Вам ведь за еду и расплатиться будет нечем.

- А евро тут разве не в ходу? – удивилась я, заглянув на кухню. Арчи возился с кофейником.

- Впервые слышу. Наша валюта невий. Один невий – пятьдесят кирит, а кирит равняется десяти лимнам.

- Что ж, мы теперь, выходит, не у дел…

- Лиха беда начало, - с усмешкой откликнулся мой благодетель.

– Я вас на произвол судьбы не брошу. И не надейся… Жюли Лакруа, - вдруг протяжно проговорил он. – Звучное у тебя имя.

Я скрестила руки на груди:

- Откуда узнали? Не имела чести представиться.

- Мне твой дружок сообщил. Он, вообще-то, много чего порассказал… - подмигнул Арчи.

- Ну, и что же вы у него выведали? – Я бросила в сторону Пуаро негодующий взгляд. Вот уж не думала, не гадала, что, обретя дар речи, он спустит язык с привязи.

Такого уговора не было. Насыщенный кофейный аромат, который обыкновенно приводил меня в состояние блаженства, на сей раз должного действия не возымел. «Ух, предатель, ух, изменник! – клокотало во мне. - Ну, ничего, я у него быстро отобью охоту болтать почем зря!»

- О, только не волнуйся! Этот малыш умеет держать язык за зубами! – рассмеялся Арчи. – Узнал я лишь о твоей непростой судьбе да о гордом, независимом нраве. Узнал, что осиротела ты, будучи еще совсем крохой, и что на попечении у тетки тебе жилось несладко.

- Извини, подслушал ненароком твой разговор с подругой, - виновато вставил Пуаро.

- Узнал еще, что в родном городе ты чуть ли не самая главная знаменитость, - невозмутимо продолжал Арчи. - За что берешься – доводишь до конца, никогда не унываешь, а опасности встречаешь с поднятой головой.

Сколько похвал, сколько лести! Ай-яй-яй! Лед был растоплен, однако я всё ж пообещала себе, что Пуаро без наказания не оставлю.