Граф Малем

– И я думаю, что мы и вправду не должны пытаться скрыть наш разговор, раз уж мы сами не слышим друг друга за этим… звуком.

Звук, о котором говорил Рэль, исходил из той самой комнаты с телом на кровати. Он проходил через два слоя плотного драпа, через слой толстой дубовой двери и, казалось, ничуть не терял в интенсивности. Словно летучий газ, он заполнял весь объём близжайших комнат, он заползал даже в те щели, куда не пролезли бы мягкие лапы любопытного, скажем, кота. Звук полз по полу, взбирался по штанине вверх, к ушным раковинам, там он лез вдоль слухового прохода и неприятно теребил барабанные перепонки.

– Я не понимаю, что здесь можно обсуждать. Просто зайдите и разбудите его. Я пока схожу принесу чай и печенья, у бедного, наверное, раскалывается голова, – предложила женщина с добрым лицом. 

– Здесь не чай нужен, здесь бы рассолу, – усмехнулся Вульж, но посмотрев вокруг и заметив, что никому больше не смешно, принял обычный строгий вид.

– Орелье права. Я не понимаю зачем вы вообще нас здесь собрали, Рэль.

У меня… эээ… запланирована строевая подготовка в полдень. До свидания.

Вульж развернулся на каблуках и направился в сторону выхода. За ним заторопился пухлый Галантин.

– Мне тоже пора на кухню, пока мои говнюки опять не спалили обед. Удачи вам с… вот этим, –  он махнул рукой в сторону спальни и быстрым шагом пошёл прочь от стоящего в одиночестве Рэля.

*****

Он видел сон. Он видел странный, местами неприятный, но всё ещё такой желанный сон. В этом сне он ходил в гости, но не был уверен к кому именно; он катался на скейтборде, хотя вроде бы совсем даже и не умел; в конце концов, он пошёл ко врачу сделать укол, но женщина, которая встретила его в кабинете, сказала, что уколы ему вовсе не требуются.

Он немного расстроился, ведь пришёл сюда именно за уколами, а их не оказалось. Затем она сказала, что ему требуется тепло человеческого тела, и начала снимать с себя халат. Впрочем, после халата женщина-доктор начала снимать с себя блузку и он совсем забыл и об уколах и об обиде от их отсутсвия. Теперь его внимание было приковано к ползущему вверх краю блузки. Сначала обнажился пупок, потом показались нижние части объёмных грудей и наконец…

В лицо ему ударил свет. Яркий и горячий, свет причинял неудобство даже сквозь толстые бледные веки. Владелец век попытался сжать их ещё сильнее в тщетной попытке искусственно увеличить их толщину, но и этого не хватило. Пришлось перевернуться на другой бок. Первый раунд был за ним.