К тебе будут приставать!

Несколько раз вздохнув для успокоения разбуянившегося сердца, Алена промокнула вспотевшее лицо бумажным платком. Хорошо хоть без макияжа поехала. Даже если бы и не поплыл на солнце, то сейчас точно бы в пугающую маску бабайки превратился. На всякий случай пригладив волосы и поправив ремешок холщовой сумки, переброшенный через плечо, Аленка направилась на поиски Вадима. Пусть занудничает, зато от подобных приключений будет защита! Наверное.

– Ну как, впитала атмосферу? – поинтересовался Вадим, страдающий от безделья и оттого в ожидании спутницы мерявший шагами площадку перед гробницей.

– Да, просто изумительно! Словно окунулась в прошлое! – довольно бодро отрапортовала Алена, нахлобучивая шляпу и постаравшись забыть, как торопливо почти бежала по каменному мешку коридора, считая шаги и ступеньки под ногами. Лишь призывно белеющее пятно выхода удерживало от позорного бегства, а то точно случился бы конфуз. А если бы еще и клаустрофобией страдала? Ужас же! Хотя нет, если бы панически (или даже просто) боялась замкнутых пространств, точно бы в гробницу не полезла.

Кашлянув, девушка отбросила все мысли и вопросительно глянула на Вадима:

– Куда дальше идем?

– По входному билету можно еще три гробницы осмотреть, выбирай, – щедрым жестом предложил тот. Совершенно не облегчив решение – он-то, как «завсегдатай», должен знать захоронения покрасивее или поинтереснее. Попридержав язвительность и не дав ей вылиться в слова, Аленка завертела головой:

– Ну… Давай в ближайшую.

С подозрительной опаской ожидаемое «Желание дамы…» не последовало, что прибавило Вадику парочку очков. Девушка не любила повторений и однотипности, считая их признаками либо усталости (в лучшем случае), либо неразвитости ума (в худшем). Последним кавалер вроде бы не страдал, но – кто знает, кто знает.

– Ты выбрала одну из самых интересных гробниц, – напыщенно произнес мужчина, на мгновение став похожим на крайне довольного собой тетерева, сидящего на пригорке и косящего оттуда многозначительным взглядом на своих сородичей.

Чуть не хрюкнув от смеха своим странным ассоциациям, Аленка двинулась рядом за своим провожатым, пропуская мимо ушей старательно излагаемую не слишком интересную историческую справку.

После погребной (почти погребальной, от чего между лопатками пробегал неприятный холодок) прохлады царящая снаружи жара воспринималась крайне остро, и нырнуть под каменные своды оказалось особым наслаждением.