Попаданка. Колхоз - дело добровольное

Господин Орбрен замер, а потом расхохотался, пугая окрестную живность.

– Нет, Малла, все гораздо неприличнее, – хмыкнул он.

Я зашипела и отвернулась. Вот ведь негодяй!

Мы замолчали. Мне говорить не хотелось. Было обидно, разве я давала повод думать о себе так?

Чего молчал господин Орбрен мне было не интересно. И чем он там шебуршал, роясь в переметных сумках, тоже было не интересно. И как заставил лошадь лечь, чтобы ему не нужно было вставать… и, вообще, мне всё было не интересно, что касалось этого негодяйского господина Орбрена.

– Арр! – подал он голос, порывшись в сумках, – Малла, у тебя амулет его светлости цел?

Я машинально схватилась за то место, где раньше висел амулет герцога. Но его не было. Его не было еще тогда, когда я купалась в озере.

– Нет, – ответила я и спохватилась, – а откуда вы знаете, что он у меня был? Вы что залезли мне под рубашку?! – ужаснулась я.

– Да, – спокойно ответил негодяй, возвращая в сумки вещи.

Меня аж подбросило от негодования.

– Вы… вы… -вы… – задохнулась я от возмущения, – как вы могли?!

– Не переживай, – фыркнул он, – кроме амулета там у тебя нет ничего интересного.

Я как раз ворошила угли в костре. Палкой. И так мне захотелось огреть этой палкой господина Орбрена по голове… как же было хорошо, когда он был без сознания.

– Мой амулет тоже рассыпался, – сокрушенно произнес Орбрен, – и запасной я не взял. Значит нас скоро найдут…

–Кто? – испугалась я.

– Его светлость, – довольно хмыкнул господин Орбрен, – уж одновременная пропажа двух амулетов не даст ему спать спокойно. Когда я услышал тебя было примерно три части пополудни. Ну, пусть часть ты куролесила, выпив меня без остатка. Тогда амулеты, скорее всего и спалила. Сейчас стемнело, значит части через три – полночь. Вот к полуночи он и явится. От кого спасалась-то?

Господин Орбрен так резко перевел разговор, что я даже не сразу поняла о чем он спрашивает.

– Я же говорила, что не знаю. От чего-то.

– А меня зачем выпила? – Кажется он чувствовал себя намного лучше, потому что завозился, усаживаясь поудобнее.

– Не знаю, – соврала я, не желая рассказывать, что использовала его Жар вместо Жара малыша. Вдруг получится скрыть беременность. Незачем ему знать, что у меня будет ребенок. – Я сама не понимала, что делала.

– А сын-то цел? – как бы между прочим задал он вопрос.