Пыльца желаний

Рядом с ним – стройная юная девушка с длинными до пят волосами и венком на голове стыдливо прижимает к груди тонкие руки. Из ступы с метлой выглядывает настоящая Баба Яга! Подняв в молчаливом, тоскливом вое острую морду разлёгся крупный волк. А впереди – огромный медведь… 

 Внезапно Торк, шагавший впереди, замер на месте, испуганно вцепившись пальцами за край куртки товарища. У корня-медведя нарисовались глаза! Жёлтые злые глазки зверя злобно уставились на друзей. Виталик почувствовал, как ужас сковал его тело, по спине пробежала дрожь.

– Бе-жи-им отсюда! – простонал Торк, и пулей бросился прочь от ожившего древесного корня. Виталик медлил, пялясь на чудовище. Медведь встал на задние лапы, раскрыл пасть, заревел и пустился в погоню за компаньонами. 

– До-го-ня-ай! – донеслось до Виталика. Студент наконец сообразил, что надо спасаться и побежал за Торком.

Друзья неслись со всех ног. Но зверь, окончательно пробудившийся от спячки, набрал темп, и, сделав несколько громадных скачков, настиг компаньонов.

 Медведь неторопливо приблизился к Виталику и обнюхал его. Когда огромная башка зверя вплотную приблизилась к парню, бедняга решил, что ему конец. 

– Уходи! Не трогай его! Я его сюда привёл, с меня и спрашивай! – голосом Торка надрывно прогремело в темноте.

 Медведь протяжно зарычал, сверкая ярко-жёлтыми глазами. Из ссадины на скуле Виталика выступила кровь, парень ощутил солоноватый вкус во рту, липкая влага потекла по лицу. Зверь придвинулся вплотную к парню и лизнул его щеку шершавым влажным языком. В нос ударил резкий звериный запах. Виталик инстинктивно отшатнулся от оскаленной пасти и вскрикнул из-за нестерпимой боли в плече. Перелом? Медвежья морда закружилась перед глазами, и парень потерял сознание.

 Когда Виталик очнулся, он увидел встревоженное лицо склонившегося над ним вольника. Виталик пошевелился и заметил тугую повязку на левом плече и руке. Торк соорудил из палки самодельную шину и перевязал компаньона. 

– Очнулся? – проговорил низкий грубый голос над головой парня. Виталик посмотрел вверх. Над ним нависал высокий старик. Меховой полушубок туго обтягивал массивный корпус деда, крепкого, словно столетний дуб.