Он колдун и людоед!

Он колдун и людоед!

На́ти Бо́но

Он колдун и людоед!

Абелард ехал шагом, давая отдых коню. Места были незнакомые, и рыцарь на всякий случай настраивался на ночевку в лесу, тем более что погода благоприятствовала. Он не торопясь решал, стоит ли искать низинку с ручьем, как вдруг услыхал вдали яростную ругань и стук мечей о щиты. Спешившись и привязав коня к дереву, Абелард направился на поиски драки. Он не опасался выдать себя шагами: дерущиеся создавали столько шума, что слышать могли только себя.

Картина, открывшаяся ему, восторга не вызывала.

На поляне яростно бились двое воинов в кольчугах. Один, чьи светлые волосы стояли колом от пота, был ощутимо моложе и неопытнее. Другой, со шрамом на щеке, теснил его и уже пару раз чуть не разрубил ему ногу. Судя по снаряжению, сброшенному с коней, оба были рыцарями.

И оба почему-то очень не нравились Абеларду. Настолько, что хотелось неожиданно выскочить из кустов и зарубить обоих. Или колоть, колоть…

Абелард закусил губу.

Он впервые видел этих людей и решительно не понимал, что на него нашло.

Тем временем более молодой, отступая, неудачно принял на щит выпад противника, зацепился ногой за корень и рухнул на траву, выпустив оружие. Рыцарь со шрамом издал торжествующий вопль и поднял меч, чтобы завершить поединок самым радикальным образом.

— Стойте! — громко крикнул Абелард, выламываясь из кустов на поляну.

Молодой рыцарь в ожидании смерти не реагировал на происходящее.

— Полно, я вам не враг. К тому же пожелай я с вами сразиться, вы слишком измотаны для поединка. Что здесь произошло?

Рыцарь со шрамом тяжело оперся на меч.

— Ваши слова достойны настоящего рыцаря. А мы, — он бросил негодующий взгляд на лежащего противника, — не уверен, что мы еще имеем право называться таковыми.

— Полагаю, вы могли бы в двух словах описать мне сложившуюся ситуацию.

— Мы явились в эти края, чтобы спасти юную деву, похищенную страшным великаном Драмбастом.

— Почему же вы решили драться между собой вместо того, чтобы сообща совершить деяние?

— Да ведь эта дама — единственная дочь герцога Амди! И обещана в жены своему спасителю.

— А состояние герцога Амди известно всем… — сощурившись, протянул Абелард.

— Состояние же бедных рыцарей наглядно иллюстрирует наша недостойная ссора.