Последняя роль

В крайнем случае – китайскую!

– Балда ты, Турецкий! – весело сказала Ирина и чмокнула мужа в нос. – Ладно, пойду соберу тебе чемодан. Сам-то ты наверняка что-нибудь забудешь.

– Заботушка ты моя, – ласково и насмешливо произнес Александр Борисович. – Что бы я без тебя делал?

– Нашел бы себе другую жену, – пожала плечами Ирина. – У «крутого московского сыщика» с этим не может быть проблем.

– Ты права, – кивнул Турецкий. – Надо будет попрактиковаться в Лебедянске.

8

Это был обычный московский двор.

Темный – по причине позднего часа, влажный – по причине прошедшего недавно дождя, и довольно тесный – по причине того, что находился почти в центре Москвы, а здесь особо не разгуляешься – каждый метр земли на весь золота.

Плетнев вспомнил двор своего родного дома, двор, в котором прошло всё его детство, за сотни километров отсюда – большой, неухоженный, поросший сиренью и чахлой рябиной, с длинными рядами белья, вывешенного для просушки предприимчивыми жителями первых этажей.

Двор, больше похожий на пустырь, чем на площадку для игр, и тем не менее оставшийся в памяти как лучшее место на земле. Плетнев вспомнил свой двор и улыбнулся.

– Чего вы улыбаетесь? – поинтересовался Митрохин с заднего сидения машины.

– Так, вспомнил кое-что.

Митрохин проворчал что-то невразумительное и снова уставился в окно автомобиля.

– Вон тот подъезд его. Угловой. Он как раз отсюда виден.

Дом был шикарный. Или, как нынче принято говорить, элитный. Эркеры, арки, изящные и просторные балконы, даже что-то вроде классических портиков на торцах здания.

Несмотря на бросающуюся в глаза роскошь, всё это выглядело довольно безвкусно.

– Сейчас я ему позвоню и всё уточню, – сказал Митрохин доставая из кармана телефон.

– Алло, Иван Палыч? – забубнил он в трубку. – Да, Митрохин беспокоит… Нет-нет, всё остается в силе… Конечно… Нет, время и место остаются те же. Только постарайся не опаздывать, ладно?… Есть за тобой такой грешок, не спорь… Ладно… Хорошо.

До встречи.

Митрохин убрал телефон и хрипло вздохнул.

– Ну, что там? – спросил Плетнев.

– Сейчас он выйдет, – угрюмо произнес Митрохин. – Он подтвердить встречу. Через полчаса в казино «Мемфис». Знаете, где это?

– Знаю.

– Я еду туда первым, а вы следите за ним… Вот его фото.

Плетнев взял снимок из толстых пальцем Митрохина и взглянул на него. С глянцевой фотографии на него глянуло худое, самодовольное и довольно добродушное лицо.