Агент ноль-ноль-хвост

– Постойте, а как же Чуний? – спохватилась Василиса.

Владыка щелкнул пальцами, и посреди зала возник бесенок – закованный в кандалы, замотанный в грязные бинты, чумазый и испуганно подергивающий пятачком.

– Прошу прощения, но у меня дела, – дернул головой Владыка и растворился в воздухе.

– Я, пожалуй, тоже пойду, – тихонько и не слишком уверенно произнес Примус.

– А ты погоди, не так быстро, – остановил его Иван.

– Что такое? – заволновался бесенок.

– Сними с него цепи, – приказал Иван, сурово сведя брови.

– Ах, ну да, конечно! – засуетился Примус и расщелкнул тяжелые оковы на его руках и ногах ничего не понимающего Чуния.

Чуний выпрямился, разминая лапки, а Примус, прогнувшись и гремя цепями, попятился.

– Я могу идти?

– Да-да, мы тебя не задерживаем, – благосклонно дозволил Иван.

– Всего вам. – Примус еще раз поклонился и исчез.

– Что происходит? – все еще недоумевая насчет собственной участи, спросил у Ивана оставшийся бесенок.

– Ты свободен! – объявил Иван. – И восстановлен в должности.

– Как так? – сглотнул пораженный Чуний. – Ведь я…

– Мы потребовали, чтобы тебя освободили.

– Потребовали? – Пятачок бесенка побледнел. – У самого…

– А что такого?

– И он согласился? И не разнес вам квартиру?

– Как видишь.

– Ничего не понимаю, – честно признался Чуний. – Но почему?

– Потому что ты наш друг, – пояснила Василиса.

– Хотя и вредный, – добавил Кот.

– Ты тоже, знаешь ли, не подарок иногда бываешь, – заметила Василиса.

– Что есть то есть, – вынужден был признать очевидное Кот.

– Я друг? – переспросил бесенок, не веря ушам, и слизнул длинным языком навернувшуюся слезу.

– Конечно. Особенно после того, как выручил нас, себя не пожалев.

Чуний опустил голову, пятачок его смущенно запылал, словно сигнальная лампочка.

– Да ладно, чего уж там. – Бесенок поелозил по ковру копытцем и пробормотал под пятачок. – Друг… Меня точно за это по головке не погладят.

– А теперь поторопись доставить нам информацию о местонахождении следующего демона, – сказал Иван.

– Да вы что? – схватился за горло бесенок и завертел рогатой головкой. – Я не могу! Мне же рога посшибают, хвост на фарш прокрутят! Нет, нет, лучше обратно в кандалы…

– Не бойсь.