Рыцарь лома и топора

Геллахерна начала ощущать недоумение этих самых тысяч. Еще бы! Прежний туманный мир иллюзии рухнул, и перед людьми предстала голая правда во всей своей уродливой, жульнической ипостаси.

– Вот он, апокалипсис, – ухмыльнулась Геллахерна. – А вам это надо?

Народ на трибунах безмолвствовал. В вязкой, гнетущей тишине раздавались звон мечей на арене да театрально‑истошные вопли участников спектакля. Но они привыкли биться под рев трибун, и установившаяся тишина подействовала на них гнетуще. Один боец остановился, удивленно озираясь по сторонам, затем другой, и вот уже все стоящие на ногах участники клоунады прервали свое действо.

В луже скотской крови зашевелился “убиенный”, другой неподалеку тоже недоуменно поднял голову. Что происходит? И тут трибуны взорвались.

Пожалуй, со времен возведения Колизея над его ареной не метался столь громкий вопль. Трибуны ревели гневом, возмущением и отчаянием. Весь народ за минуты понял, что его бесстыдно разыграли, нагло надули, просто поиздевались.

– Грустное зрелище, – мрачно произнес Бэрлок. – Они винят императора. Но обвиняет ли кто‑нибудь из них самого себя?

– За что? – удивленно спросила Геллахерна.

– За то, что позволил обмануть себя, – ответил Бэрлок.

– Мое зловоние сильно! – злорадно расхохоталась колдунья.

– Сильно не ваше зловоние. Эти люди слабы, – возразил Бэрлок.

– Но‑но, рыцарь! Ты это не очень! – нахмурилась колдунья. – А впрочем, ты прав. Здесь стало скучно. Все деградировали. Нет более безумного порыва души, того, над чем можно злорадно посмеяться.

Пожалуй, я больше не буду посещать Древний Рим. Пора с ним заканчивать. Он мне неинтересен более. Да и тебе не советую. Смотрю я, тебя на философию потянуло. Так, глядишь, и за спасение мира начнешь воевать.

– Кошмар! Надо немедленно сматываться отсюда! – театрально схватился за голову Бэрлок – Немедленно!

– Вот и я о том же, – кивнула Геллахерна и начала растворяться в воздухе.

Бэрлок плюнул на императора и последовал за колдуньей.

На этот раз попал. Трибуны продолжали гневно бушевать. Император размазал плевок по макушке и посмотрел на небо, а там ни одной тучки. Он уклонился от летящего в него гнилого огрызка яблока, встал и, стараясь сохранить достойный вид, удалился с трибун.

Кстати, ученые по‑прежнему скептически относятся к феномену НЛО.

Небо все больше темнело, зажигало первые звезды, явно намекая Коле, что пора подыскивать место для ночлега.