Поцелуй меня, любимый

Я даже не поверил в первый момент, схватился за меч, пока принцесса не заговорила со мной; голос у неё ещё оставался прежний. Всё, что ты видишь, это всего лишь образ колдовской. Эх, Невер, как же тебе твоё любящее сердце не подсказало, что это твоя Миладушка?

Невер внезапно вспомнил то странное чувство, когда он сцепился на пиру со степняком, тогда на краткий миг ему и правда показалось, что он заглянул в синие глаза своей любимой. Тряхнул головой, отгоняя навязчивый образ. Обвёл взглядом воинов Свана и строгим голосом потребовал немедленного ответа:

— Он говорит правду?

Мужчины дружно закивали головами.

— Не верю! — прошептал Невер, на подгибающихся ногах отступая от повозки, но продолжая во все глаза смотреть на ненавистного пранадармца.

— Толку-то теперь в твоей вере! Нет больше с нами Миладушки — светлой Зедарской принцессы, — убивался Сван. — А ведь это она вас из темницы вызволила. — Обвёл пленников осуждающим взглядом. — Не побоялась примерить на себя мужскую личину, отправиться в тёмные земли, куда белым магам доступ закрыт, и потом, как истинный воин, храбро сражалась за ваши жизни на турнирах, чтобы избавить от плена и увезти домой.

— Нет. Неправда! — Невер потёр руками лицо, словно пытаясь избавиться от наваждения. — Этого не может быть! Это всё морок. Колдовство!

— Да, колдовство, чтобы спасти дорогих людей, — поникшим голосом произнёс Сван, осторожно опуская неподвижное тело на доски и закрывая его своим плащом. — Майра Лесная лишила её образа, голоса, а вы, в придачу, ещё и жизнь отняли.

Сван спрыгнул на землю, вытащил нож и направился к Неверу, освободил ему руки.

— Без надобности теперь держать вас связанными, — тихо прошептал он и перешёл к Данияру. — Вы вольны идти на все четыре стороны. Но я прошу вас об одолжении: помогите мне довезти до наших краёв её тело и, как положено, придать земле.

Данияр растерянно посмотрел на Невера, обвёл взглядом своих товарищей, провёл рукой по лбу, словно отгоняя тёмные мысли прочь, и твёрдо произнёс:

— Клянусь, что выполню долг жизни перед этим...этой, — осёкся, подбирая правильные слова. — Перед человеком, который спас меня ценой своей жизни.