Поцелуй меня, любимый

— Глаза Милады превратились в две узкие щелочки. — Негоже мужчине находиться в спальне такой молодой девушки.

— Но у меня болит спина, и я подвернула ногу, — возмущённо проговорила Чанлиф, потирая поясницу. Кстати, спина-то и правда болела: старая травма, которую она получила, когда её покойный муж ни с того ни с сего однажды решил научить её объезжать молодых горячих лошадок. Уж какие он цели преследовал этим? Может, хотел, чтобы молодая жена свернула себе шею и избавила его от непосильного бремени — выполнять регулярно супружеский долг? — Я же могу потерять сознание! — но прозвучало это, как угроза.

Милада прошла к золочёным дверям, пару раз грохнула кулаком по створкам и распахнула настежь, закричала со всей силы:

— Эй, слуги! Вашей госпоже тут плохо. Все немедленно сюда! — И проходя мимо притворщицы, тихо проговорила: — Если намерена терять сознание, то лучше это сделать прямо сейчас. А я, извини, спешу. — Растянула губы в “ласковой улыбке”: — Приглашён на пир.

Чанлиф, кажется, даже рот приоткрыла от такой доселе неведомой наглости.

И хорошо, что она неотрывно смотрела на красавца-степняка, и поэтому не заметила, как Сван взашей вытолкал смеющихся воинов в соседний коридор, заскочил сам за ними и какое-то время там оставался.

Милада гордо вышагивала по коридору. Она была очень довольна собой. Ей никогда не нравились такие девицы.

На шум сбежалась вся челядь, вокруг Чанлиф все причитали, охали и ахали, кто-то даже норовил сунуть ей под нос нюхательные соли, от которых та закашлялась, а из глаз брызнули слёзы.

И как только степняк исчез из виду, она громогласно приказала:

— Подать моё самое лучшее платье, достать кинжалы, — усмехнулась. — Я сегодня буду танцевать.

— Но госпожа, вы же говорили… — испуганно начала одна из девушек.

— Немедленно! — повысила голос Чанлиф и чуть ли не бегом направилась в свои покои. — Нужно спешить.

Но Милада ничего этого уже не услышала. Она с поникшей головой шла по тропинке в сторону дворца и выслушивала наставления от Свана, тихо скрипя зубами.

Оказалось, ей ещё придётся выпивать и танцевать… по мужски. Мать их так!

— Всё! Я передумала идти на пир, — зло прошипела она, разворачиваясь обратно, но уткнулась носом в латы на груди Свана, который встал насмерть и не двигался с места. — Пусти! Я возвращаюсь.

— Вы не должны так поступать! — Тихо произнёс Сван. — Вас пригласили, и если вы не придёте, это может вызвать вопросы. Нельзя игнорировать приглашение приближённого лица правителя!

— Но у меня не получится.