Смерть им к лицу

Антоха не сдавался — нагнулся к уху некромантки и вкрадчиво зашептал:

— А я собираюсь покорить мир.

Чернокнижница закатила глаза.

— Ты точно дебил…

— Хватит меня обзывать! — оскорбился парень. — Я, между прочим, техвуз закончил, сопромат на «пять» сдал! Теормех, правда, на четвёрку. Но сдал же? Сдал!

— Поздравляю. А я в ПТУ учусь. И что? Будем дальше причиндалами меряться?

Мужская логика в очередной раз трусливо сбежала под бешеным напором логики женской.

— Ногу-то я сам сконструировал, — слабо возразил Антоха.

— Разработал, когда ещё был жив, но возможность собрать её выдалась лишь после того, как ты меня… ну, того, короче… лопатой… пока я пытался тебя уломать.

— Заткнись, придурок, — прошипела Маргаритка. — Им об этом знать ни к чему.

— А мы и так всё знаем, — самодовольно уведомила рыжеволосая Надя.

— Та-а-ак… Хватит!

— Маргошечка, — просюсюкал зомби-вожак, — не злись, пожалуйста. Отправляйся со мной покорять жалких людишек, а? Я буду рад твоим советам.

Кстати, спасибо не только за то, что убила меня, но и за мои вещички из секс-шопа, брошенные в могилу, — из них, оказывается, легче лёгкого сварганить ногу-револьвер.

— Короче, милый, давай подведём итог, — предложила некромантка. — Ситуация такова: конечно же, недостойные получат своё. Но вначале… — Маргаритка многозначительно подняла брови. 

Предвкушая веселье, Антоха театрально облизнулся. Вставная челюсть вывалилась изо рта, шмякнулась на пыльный пол трактира и, подпрыгнув, угодила в щель между досками.

— Сёрт! Скользкая сволось!

— Говорю же: дурак. — Маргаритка увидела краем глаза, кто бесшумно примостился за столиком, рядом со сценой. — Магией, Антошенька, овладел?

— А то!

— И научил примитивнейшим трюкам этих трёх страдающих похудением коров?

— Азам его обучили мы! — вознегодовала Верка. — Ещё год назад, когда спёрли у тебя «Некро… как он там… кон», а потом сфоткали и вернули.

В отличие от тебя, мы всегда любили Антончика! И нам не понравилось, что ты его прикончила!

— Подстава, значит? Я, значит, виновата, что зомбаков оживила?

— Бесспорно!

— Мне тоже было совсем не в кайф погибать во цвете лет! — заявила Верка.

— Тебя заставлял кто-то? — резонно заметила Маргаритка.

— Любовь! — закатив глаза, возвестила брюнетка.

— Чего? — откликнулась Люба.

— Я так любила… люблю Антонио, так люблю! — причитала Верка.