Gemini

Нет, я не отвечала, я же не дурочка наивная какая-то в жизни своей ни разу нецелованная.

Мое бревнообразное лежание прервал смех мужчины, все также проникающий в меня сквозь поцелуй. На секунду оторвавшись от меня, титрион шепнул:

-Тебе хватило смелости рыскать по моему дому, но не хватает смелости ответить на поцелуй?

Я возмущённо открыла рот и тут же в него проник язык наглеца, столь ловко воспользовавшегося ситуаций.

Ну это уже наглость! Не позвоню всяким тут лезть ко мне в рот своей тентаклей.

И началось сражение не на жизнь, а насмерть.

Это не было прекрасно, не было романтично, да что уж там, даже мило бы это язык не повернулся бы зазвать. Это было яростно, пугающе и, как бы не хотелось это признавать, страстно. И я, несмотря на то, что не могла открыть глаза, хотя так хотелось, прониклась азартом этого поцелуя. Пикантности моменту придавало и мое усиливающееся желание взглянуть в глаза мужчины и по ним понять, что, собственно, тут происходит?

Однако, вместо этого, спустя пару минут развернувшийся тут эпопеи мужчина наконец отстраниться от моих губ, чтобы приникнуть ими же к моему уху и прошептать:

-Считай, что это было наказание, -после чего тут же встал и, словно ледокол, преодолел комнату и скрылся за дверью.

Удаляющего, как, ну пусть будет культурно, в пятую точку ужаленного, мужчину я рассмотрела хорошо. Точнее его спину.

Вплывающее солнце из-за горизонта позволило это сделать.

Жаль, я не смогла лицезреть лицо мужчины. Что-то мне подсказывало, что именно сейчас оно было настоящим.

Продолжая лежать на кровати все также в позе звёздочки, я старалась изо всех сил уснуть, но ничего не получалось. Мысли разрывали мое материальное тело на части. Происходящее все больше набирало странные обороты. А маячивший на горизонте ректор, претендующих на непонятно какую роль в моей жизни, и вовсе пугал. До дрожи. Только вот какой дрожи? Пугающей или возбуждающей?

«А секрет он так и не рассказал.» -Проворчал в голове Зариахат.

Вот кто действительно искренне расстроился по этому поводу.

Через полчаса моего катания на кровати, я таки скатилась с нее окончательно.

За окном рассвело полностью, мой подселенец сообщил, что сейчас почти пять утра.

Вздохнув, я встала, размялась и пошла на выход. Погостили, пора и честь знать, да и дела не ждут.

Все еще спящий дом я преодолевала на цыпочках, не желая разбудить его обитателей. И только сон одного я действительно искренне не хотела потревожить.