На изнанке чудес

– Мне пришлось пробороздить Глубокое море, спуститься на дно колодца, пережить великую сушь и не раз пройти стену насквозь, прежде я смогла хоть капельку приблизиться к своему истинному призванию. Не так-то это легко.

– Но ведь я из верхних миров, – с грустью возразила Теора. – И правила там другие.

– Сейчас ты здесь, – гулко донесся из бочки голос Пелагеи. Она забралась туда по пояс, решив основательно почистить стенки изнутри. – Тебе будет удобней, если станешь следовать здешним правилам. Это как с воздухом и пирогами.

Часть ваших правил в средних мирах попросту не работает. Скажи, разве я не права?

– Права.

Теора вздохнула уже с меньшей обреченностью, взяла мочалку и принялась чистить бочку снаружи.

Покончив со стиркой занавесок, Марта вспомнила, что ей приснилось сегодня ночью, и двинулась на кухню, где Пелагея с Теорой потчевали Пересвета чаем и яблочным вареньем. Пересвет, как всегда, был весел и беззаботен. Громко рассказывал историю про какие-то отвалившиеся буквы, хохотал.

Марта напустила на себя строгость, расправила складки на черном переднике, смахнула капли с носков черных туфель и вошла на кухню, как карающая богиня.

– Ну, к чему такая похоронная мина! – крикнул Пересвет. – Я половину книги написал! Хоть бы порадовалась за меня.

Марта сделала вид, будто его не существует, повернулась к Пелагее и доверительно поинтересовалась, к чему снятся улитки.

– Улитки?! – на восходящих тонах переспросил Пересвет и зашелся невыносимым смехом.

– Ой, у-улитки! А-ха-ха-ха! Умора!

Марта с ненавистью зыркнула на него, мечтая лишь о том, чтобы он испарился на месте. Но Пересвет и не подумал испаряться. Поэтому, не дождавшись истолкования сна, она выбежала вон, словно ее только что смертельно оскорбили. Находиться с Пересветом в одном пространстве было выше ее сил.

***

Долго скрывать от Рины, ради чего ее перевели в верхние покои, не удалось. Болтливые горничные шушукались на каждом углу, как только выпадала возможность.

Долгое время Рине разрешалось свободно ходить по особняку. И она бы с радостью сбежала снова, если бы не ужасная слабость, которая после болезни никак не проходила.

Сначала, благодаря чистой случайности, Рина узнала, что ее тайком пичкают таблетками, от которых возникает головокружение, и снотворным, из-за которого она проводит в постели без малого полдня. Затем ей открылась страшная правда о намерениях Грандиоза относительно ее дальнейшей участи.