На изнанке чудес

– Два месяца безбедного житья на Перенских островах, – посулил Грандиоз. – Вы ведь знаете, там круглый год лето.

– А что за дельце? – жуя, осведомился дед.

– Да так, сущая безделица! – сдавленно рассмеялся Великий. – Даже рук не запачкаете. Всего-то и надо, что пустить слух и дать ему разрастись.

– Как плесени? – уточнил Яровед.

– Плесени! Ха!

– О! Так это я могу. Это я завсегда! – оживился дед и поспешно запихал в себя остатки сытного ужина. – Что от меня требуется?

Требовалось немного: очернить имя Пелагеи да убедить горожан в том, что она ведьма.

Яровед был готов немедленно дать согласие и заключить сделку, но потом в его голове что-то щёлкнуло: из толстосума можно выжать больше.

– У-у-у, задачка! – притворно опечалился дед. – Не такая уж и безделица, как вы описали. Пелагею, знаете ли, уважают.

Он, конечно, не стал говорить, что в кабаке, до прихода верзил, вполне успешно обрабатывал свою клиентку в заданном направлении. Раз Грандиозу нужно, пускай раскошеливается по-крупному.

Тот невесть откуда достал и опустил на стол перед Яроведом мешок из плотной коричневой ткани.

– Три месяца в роскошных апартаментах, – сказал Грандиоз. – С ежедневными горячими ваннами, массажем, а также личной прислугой.

– Пять месяцев, – возразил Яровед. – Работенка-то ого-го!

– Четыре – мое последнее слово, – непреклонно сказал Великий.

– Четыре, так четыре. – Дед ухмыльнулся и сгреб мешок в охапку, после чего нетерпеливо развязал ленту. Внутри лежали слитки чистого золота. Не шоколад в дешевой фольге, не грубая подделка. Яровед специально попробовал на зуб.

– Здесь третья часть, – пояснил Грандиоз. – Как пустишь слух, получишь другую треть. А как ополчится против Пелагеи весь город, отдам последнюю. Только смотри, не разболтай, чей приказ выполняешь, – посуровел он. – А не то вместо сладкой жизни – виселица.

– Да за кого вы меня держите! – хрипато вскрикнул дед и ударил себя в грудь. – Что я, совсем сдурел, языком молоть?! У меня, между прочим, внучка!

Тот факт, что внучка от него сбежала, разумеется, остался неразглашенным.

– Тогда ступай. И не забывай докладывать о ходе дела, – устало распорядился Грандиоз.

Сейчас ему требовался приличный заряд радости. Можно сказать, двойная порция. Не привык он полагаться на обманщиков. Больно уж они верткие да необязательные.