На север!

Потом, отстранившись, задал вопрос, который почему-то в первую очередь вызвало в моей голове его приветствие:

— А с чего это у нас тридевятое царство? Нас никто таковым никогда не именовал. Да и вообще, названия у нашего, прямо скажем, небольшого государства нет. Нет ни флага, ни гимна. Если соседи к нам собираются, говорят: «поехали к Никанору».

— Это большое упущение! — Ароз Азорин воздел палец к небу.- А если Верхние с вами захотят поддерживать дипломатические отношения?

— Шутишь, да? — я скептически посмотрел на гостя.

- С чего бы им с нами так миндальничать? Кроме того, мы у них наверняка уже под каким-нибудь номером числимся. Так что там насчёт твоей странной фразы про тридевятое царство?

— История уходит корнями в древность, — придав своему голосу таинственности, начал повествование Аркадий Петрович.- Тогда на земных просторах, мизерную часть которых занимает ваше государство, была огромная страна. Столицей, как ты знаешь, был прообраз нашего летучего города. Или, если точнее, наш город — это прообраз того, древнего.

Стоял он, конечно, на земле, и был не в пример больше того, что порхает сейчас над нашими головами.

— Москва — резиновая, — вспомнил я слышанное в моём предыдущем путешествии выражение.

— Так вот, была она столицей огромного государства. И было это единое государство с едиными законами. Правда, для кого-то они были законнее, чем для других. Но это, как показывает история, обычное дело.

Я согласно кивнул, а поэт продолжил свой рассказ:

— И была в этом государстве единая служба гонцов, гордо именуемая Почтой России.

— Полезный департамент, — оценил я, продемонстрировав филологические знания, которых, впрочем, мой собеседник не оценил.

— Со временем смысл её стал всё более размытым, — Аркадий Петрович взял меня под локоть, увлекая в сторону запертого царского подворья, где беспокойно маячили головы царя-батюшки и Абрама.- С появлением мощных информационных сетей доставка газет и журналов практически сошла на нет. Посылки гораздо быстрее доставлялись другими курьерскими службами.

Более того, из-за особенностей структуры Почты эти посылки терялись в пути, совершая немыслимые маршруты в попытке попасть в соседний город. Но финальный удар, так сказать, удар милосердия, нанесла Почте России пенсионная реформа, затеянная тогдашним правительством.

— Пенсионная реформа? — удивился я, попробовав словосочетание на вкус.- Слово реформа я знаю. Буквально оно означает изменение формы. А по сути — перестройку чего-либо. Вроде сарая или бани.