Шпага и кнут

— Посмотри на себя, в какую старую развалину превратился.

— Скоро плесенью и мхом покроешься, — со смехом добавил другой.

— Еще и грибами порастешь, — хохотнул третий.

Лионелла нахмурилась. Конечно, старикан ворчлив и не слишком гостеприимен, права Катарина, что так сразу его невзлюбила, но все-таки так откровенно насмехаться над пожилым человеком...

Между тем Еллионар произнес:

— Извините, друзья, но моя охота давно закончена, теперь я живу по-другому и возвращаться к прежней жизни не собираюсь.

— Ты всегда был слабаком, — пренебрежительно заметил один из гостей.

— Точно, — поддержал его другой. — Никогда вида крови не терпел.

Катарина приподнялась с елового ложа.

— Ты куда собралась? — прошипела Лионелла, снова вцепившись в ее руку.

— Посмотреть хочу, что за гости у него такие.

— Погоди, я тоже хочу.

Две головы, невидимые в темноте, осторожно высунулись из-за валуна, скрывавшего за собой ложе из лапника. Четверо людей расположились прямо на голых камнях вокруг факела. Гости Еллионара, кутавшиеся в плащи, и в самом деле были довольно молоды, пламя факела хорошо освещало их лица.

— Так и собираешься всю вечность просидеть в своей норе?

— Да какая уж там вечность? — не удержалась Катарина от язвительного замечания. — Ему осталось-то два раза вздохнуть, да один раз пукнуть.

Хотя слова эти были сказаны шепотом, человек с бородкой насторожился, словно услышал ее голос.

— Что это? — спросил он, устремив взгляд в темноту, где прятались девушки.

Катарина и Лионелла тут же скрылись за валуном, хотя вряд ли их можно было рассмотреть в кромешной тьме.

— Мыши, — ответил своему гостю Еллионар. — Их тут полно.

В этот момент Катарина почувствовала легкое прикосновение к своей руке. Вряд ли это могла быть Лионелла — цыганка удостаивала свою спутницу лишь тычков. Потрогав свою руку, Катарина почувствовала под ладонью паучье тельце. Она тут же взвилась и взвизгнула, стряхивая с себя отвратительную мерзость, каковой всегда считала всех ползающих и летающих насекомых тварей.

Гости Еллионара одновременно поднялись на ноги. Человек с бородкой, видимо, старший, воскликнул:

— Да нет же, тут кто-то есть! Эй, выходи!

— Кукла конопатая, не могла тихо посидеть, — сердито прошипела Лионелла.

— Сама ты коза, — огрызнулась Катарина. — На тебя бы такая гадость заползла...

— Выходи уж, чего теперь прятаться...

Девушки вышли из своего укрытия.